На правах рукописи

Харитонова Екатерина Владимировна

ДИНАМИКА структуры синтаксиса
современного русского языка:
тенденции к экономичности и К дистинктности
(на материале современной прессы)

10.02.01 – русский язык

Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических наук

Волгоград – 2014
Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном
образовательном учреждении высшего профессионального образования
«Волгоградский государственный социально-педагогический университет».

Научный руководитель –	доктор филологических наук, профессор
	Шестак Лариса Анатольевна.

Официальные оппоненты:	Леденев Юрий Юрьевич, доктор филоло-
	гических наук, профессор (ФГБОУ ВПО
	«Ставропольский государственный аграр-
	ный университет», профессор кафедры ино-
	странных языков; ФГАОУ ВПО «Северо-
	Кавказский федеральный университет»,
	профессор кафедры культуры русской
	речи);

	Сидорова Елена Геннадьевна, кандидат
	филологических наук, доцент (ФГАОУ ВПО
	«Волгоградский государственный универ-
	ситет», доцент кафедры русского языка и
	документалистики).

Ведущая организация –	Поволжская государственная социально-
	гуманитарная академия.

Защита состоится 16 мая 2014 г. в 14.00 на заседании диссертационного совета Д 212.027.03 в Волгоградском государственном социально- педагогическом университете по адресу: 400066, г. Волгоград, пр. им. В. И. Ленина, 27.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Волгоградского государственного социально-педагогического университета.

Текст автореферата размещен на официальном сайте Волгоградского государственного социально-педагогического университета: http://www. vgpu.org  14 марта 2014 г.

Автореферат разослан ______________ 2014 г.

Ученый секретарь 
диссертационного совета
доктор филологических наук,
профессор	Е.В. Брысина

ОБЩАЯ  ХАРАКТЕРИСТИКА  РАБОТЫ

Диссертация посвящена исследованию динамики структуры синтаксиса современного русского языка, основных тенденций его развития. 
Актуальность исследования обусловлена необходимостью изучения тенденций современного русского языка, его синтаксической структуры: тенденций к экономичности и к дистинктности как основных тенденций синтаксиса, а также тенденций к демократизации и к аналитизму как сопутствующих основным и обусловленных основными. В связи с многочисленными социальными преобразованиями и научно-техническим прогрессом в последние десятилетия в языке происходят значительные изменения [Русский язык конца ХХ столетия 2000; Валгина 2003; Покровская 2001], которые нуждаются в анализе, систематизации и теоретическом обобщении. 
Настоящая работа является актуальной и для преподавания курса современного русского языка в средних школах и высших учебных заведениях, т. к. в содержание Единого государственного экзамена по русскому языку (части А и В) включены задания по синтаксису с учетом конструкций, вошедших в дидактический оборот сравнительно недавно (сегментация, парцелляция), требующие анализа распространенных синтак
сических ошибок учащихся. 
Объектом исследования является синтаксическая структура современного русского языка, предмет исследования – динамика структуры современного русского синтаксиса как результат действия двух основных законов языка – экономичности и точности выражения и сопутствующих экономичности тенденций к демократизации и к аналитизму.
В основу диссертационной работы положена следующая гипотеза: в процессе речевого общения адресант речи действует в противоречивой ситуации. С «инструментальной» точки зрения позиция адресанта речи принуждает его к артикуляционной и композиционной экономии речевых усилий, однако прагматика речи, целеполагание толкают говорящего к акцентированию главного, к повторам, использованию эмфатических конструкций, выделению топика речи и резюме, вывода. Поэтому основными тенденциями развития синтаксиса следует считать тенденции к экономии и к точности. Остальные тенденции (демократизация, аналитизм) и процессы (аналогия, компрессия, редукция) можно рассматривать как подчиненные тенденциям к экономии и к точности выражения.
Цель исследования – выявление динамики структуры русского синтаксиса.
Задачи исследования: 
•	систематизировать существующий научный материал, касающийся основных тенденций развития синтаксиса и языка в целом;
•	сопоставить понятия «развитие», «изменение», «эволюция», «закон», «тенденция» языка, «экономичность», «дистинктность», «аналитизм» применительно к исследуемому материалу, выявить терминологическую сущность этих понятий, их конститутивные и дифференциальные семантические признаки;
•	определить место тенденций к экономии и к точности выражения смысла среди векторов развития современного русского языка, в том числе его синтаксической структуры;
•	выявить формы выражения тенденций к экономии и к точности выражения смысла в синтаксической структуре современного русского языка (на материале прессы);
•	создать типологию изменений синтаксической структуры русского языка под влиянием действия тенденций к экономии и к точности выражения.
Материалом исследования послужили тексты современного русского языка в электронном виде и на бумажных носителях (современная русская пресса и публицистика). Картотека, насчитывающая более 1350 единиц, собрана методом сплошной выборки из современной русской прессы. Источниками материала послужили современные российские газеты («Аргументы и факты», «Комсомольская правда», «Учительская газета», «Российская газета», «Завтра», «Новая газета» и др.), журналы («Русский Newsweek», «Профиль»), интернет-ресурсы (rambler.news, lenta.ru и др.), телевидение.
Методологической базой диссертационного исследования служат: 
а) философская доктрина о связи языка и мышления; б) принцип системного подхода к познанию языковых явлений в их речевой реализации; в) учение о законах развития языка. Теоретический аспект методологии нашей работы представляют исследования в области экспрессивного и структурного синтаксиса (Г.Н. Акимова, Н.С. Валгина, М.В. Всеволодова, Т.Н. Колокольцева, Е.А. Покровская, К.А. Рогова, Я.Г. Тестелец, Л.К. Чикина, В.А. Шигуров, Л.А. Шестак) и языка средств массовой информации (В.В. Богуславская, В.Г. Борботько, Е.А. Земская, В.Г. Костомаров, Н.Н. Кохтев, Л.П. Крысин, М.В. Панов, К.Ф. Седов, Г.Я. Солганик и др.).
Методология исследования предопределена поставленными задачами, для решения которых были использованы как общие, так и специальные научные методы и приемы: описательный метод, включающий приемы наблюдения, сравнения, интерпретации и классификации исследуемого материала; метод внутреннего сопоставления (при анализе разных типов парцеллированных, сегментированных и иных структур); метод компонентного анализа; методика анализа семантических ролей; метод системного анализа. В предпринятом исследовании нашли также отражение результаты количественных подсчетов.
Научная новизна работы заключается в разработке типологии основных изменений синтаксической структуры русского языка начала ХХI в., в характеристике новых явлений русского синтаксиса (обратная сегментация, парцелляция переходного типа, сегментация и парцелляция с абзаца), а также в использовании в качестве корпуса материала текстов, еще не служивших предметом исследования.
Теоретическая значимость диссертационной работы заключается в определенном вкладе в изучение активных процессов современного русского языка (виды парцелляции, обратная сегментация и др.), в попытке решения актуальных проблем современного русского синтаксиса (определение ведущих тенденций структуры русского синтаксиса и выявление их взаимосвязи). Диссертационное исследование может способствовать уточнению ряда теоретических положений, связанных со спецификой функционирования новых синтаксических конструкций в языке средств массовой информации.
Практическая значимость работы заключается в следующем: полученные результаты могут быть использованы в практике школьного и вузовского преподавания курса «Современный русский литературный язык» (разделы «Синтаксис» и «Стилистика»), спецкурса «Тенденции развития современного русского языка», при составлении словарей и справочников, касающихся динамики современного русского языка, пособий по культуре русской речи, а также пособий по подготовке к ЕГЭ по русскому языку.
На защиту выносятся следующие положения:
1. В современном русском синтаксисе действуют как противопоставленные, так и взаимосвязанные тенденции. Темп жизни, дорогая интернет-площадь, распространение креолизованных текстов, давление аналитического международного языка, распространение рекламы катализируют тенденцию к экономии, в том числе к аналитизму. В то же время стихия устной речи, темп жизни, необходимость воздействовать, установка на креатив, на раскованность, на живое общение вынуждают говорящего/
пишущего акцентировать логико-психологические части высказывания: топик и рему, тезис и аргумент, доказательства и вывод. Основными тенденциями развития синтаксиса следует поэтому считать тенденции к экономии и к точности выражения.
2. Тенденция к экономии в современном русском синтаксисе проявляется в виде роста синтаксической имплицитности и эллиптичности; конструкций со вставками и присоединениями; синтаксической компрессии и редукции; выравнивания по аналогии; предикативной осложненности; нарушения связи координации главных членов; распространения прецедентного текста как элемента заголовка; распространения неполных и нечленимых конструкций; случаев контаминации синтаксических конструкций. Ведущими проявлениями тенденции к аналитизму как форме проявления экономии в русском синтаксисе ХХI в. следует признать ослабление синтаксической связи, экспансию номинативов, распространение нечленимых и неполных конструкций.
3. Тенденция к дистинктности в современном русском синтаксисе проявляется в виде семантического согласования главных членов предложения, а также в виде расчлененных конструкций (сегментированных и парцеллированных). Новыми проявлениями тенденции к дистинктности в русском синтаксисе ХХI в. следует признать сегментацию и парцелляцию с абзаца.
4. Одни и те же факторы часто продуцируют разные тенденции (темп
жизни), а разные тенденции оказываются взаимосвязанными: аналитизм есть проявление тенденции и к экономичности, и к дистинктности: сжатость высказывания (тенденция к экономии речевых усилий) предусматривает и более точное, понятное выражение мысли (тенденция к дистинктности).
5. Новыми явлениями русского синтаксиса следует признать обратную сегментацию, парцелляцию переходного типа, сегментацию и парцелляцию с абзаца.
Апробация работы. Результаты и выводы исследования были представлены в виде докладов на международных научно-практических конференциях («Язык и культура», Новосибирск, 2013; «Теоретические и практические аспекты развития современной науки», Москва, 2013; «Тенденции и инновации современной науки», Краснодар, 2013), международной конференции молодых ученых «Кирилло-Мефодиевские традиции на Нижней Волге и Подонье» (Волгоград, 2013), межрегиональной конференции «Русский язык как государственный язык Российской Федерации: лингвистический, историко-культурный, дидактический аспекты функционирования» (Москва–Волгоград, 2013), региональной (XIV Региональная конференция молодых ученых, Волгоград 2010) и межвузовских научно-практических конференциях (Волгоград, 2010–2013).
Основные положения исследования отражены в 10 публикациях, три из которых представлены в журналах, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации. Общий объем опубликованных работ составляет 3,5 п.л.

Структура работы. Диссертация включает введение, две главы, заключение, библиографический список и четыре приложения.

ОСНОВНОЕ  СОДЕРЖАНИЕ  ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновываются выбор темы, ее актуальность; определяются объект и предмет исследования, его цель и задачи, методы их решения и достижения; формулируются научная новизна исследования, его теоретическая и практическая значимость, гипотеза; указывается материал, на основе которого строится работа.
В главе 1 «Факторы динамики синтаксической структуры современного русского языка» рассматриваются понятие языковых изменений, внешние и внутренние факторы языковой эволюции, основные законы функционирования языка. В параграфе 1.1 «Понятие развития и эволюции языка. Основные законы организации и развития языковой структуры» рассматриваются понятия изменения, развития и эволюции, а также закона и тенденции развития, выявляются дифференциальные признаки этих понятий. Как показывает сопоставительный анализ дефиниций толковых, энциклопедических и философских словарей, изменение языка – это качественная или количественная перемена какого-либо элемента (на любом уровне языковой системы), осуществляемая за счет внутренних возможностей языка и под воздействием определенных факторов в конкретный социально-исторический период развития общества. Развитие языка – это последовательные преобразования, направленные на трансформацию отдельных его элементов и системы в целом, в том числе совершенствование. В отличие от «развития», «изменение» не содержит присущего развитию имплицитно выраженного амелиоративного компонента: изменение – это и регресс, деградация, упадок. Эволюция – это целая череда обусловленных преобразований, идущих в определенных направлениях (тенденциях). Эволюция, в отличие от изменения, это всегда процесс со знаком плюс. Эволюция языка, по нашему мнению, – это поэтапное развитие с последовательным переходом на новый, более высокий уровень, историческое совершенствование.
Таким образом, изменение имеет и прогрессивный, и регрессивный векторы, эволюция же в отличие от резких волюнтаристских действий (революции) – постепенное плавное развитие с переходом количества в качество. Покажем дифференциальные признаки рассмотренных понятий в таблице.
Таблица 1

Соотношение понятий «изменение – развитие – эволюция»

Наименование	Развитие	Изменение	Эволюция	
Дифферен-
циальные
признаки
понятий	1) одновекторность
2) плавность
изменения
3) охват материальной и идеальной сферы
4) переход от старого к новому 
5) переход от простого к сложному	1) разновекторность
2) однократность
3) кратковременность
4) направленность на определенную характеристику/качество	1) историческое изменение
2) плавность изменения
3) качественная определенность
4) качественно-количественные изменения
5) необратимость	

Таким образом, дифференциальными признаками изменения являются однократность, кратковременность, направленность на определенную характеристику / качество. Дифференциальными признаками развития являются его разновекторность, плавность изменения, охват материальной и идеальной сферы, переход от старого к новому, от простого к сложному. Дифференциальными признаками эволюции являются необратимость, историческое изменение, плавность изменения, качественная определенность, качественно-количественные изменения. Разница между этими понятиями в том, что эволюция – это естественный переход одного состояния в другое в результате накопления количественных изменений и скачкообразного перехода их в новое качество (происхождение видов на Земле); развитие – и естественный, и направляемый, стимулируемый извне процесс перехода от старого к новому, от простого к сложному (развитие институтов демократического общества), изменение – непродолжительное по времени преобразование отдельной характеристики (количественной или качественной), вызванное определенным(и) условием(ями) и способное влиять на исходное состояние как позитивно, так и негативно.
Под языковым законом, вслед за В.В. Виноградовым, мы понимаем форму проявления всеобщей взаимосвязи, взаимозависимости и взаимообусловленности языковых явлений в их движении и развитии. Закон открывает и обобщает отдельные стороны, формы и качества этих взаимосвязей и взаимообусловленности явлений [Виноградов 1952, с. 7]. Языковой тенденцией мы предлагаем считать направление изменения языка, формирующееся из единонаправленных индивидуальных вариаций его носителей.
Разницу между тенденцией и законом покажем в табл. 2.

Таблица 2

Соотношение понятий «тенденция» развития и «закон» развития

Наименование	Тенденция	Закон	
Дифференциальные признаки понятий	1) узконаправленность
2) неопределенная продолжительность
3) возникновение под действием каких-либо факторов, спровоцированность
4) интегрированность в систему	1) абстрактность
2) широкая распространенность
3) регулярность действия
4) постоянство действия	

Таким образом, разница между тенденцией и законом заключается в следующем: закон развития является нормой, действует постоянно и на всех уровнях, распространяется сразу на несколько языков. При этом тенденция более кратковременна по времени воздействия на язык, чаще проявляется на конкретном языковом уровне и возникает в связи с изменением языковой ситуации, проявлением новых факторов и т.д.
Для характеристики современной языковой ситуации используем следующее ее определение: совокупность форм существования языка, обслуживающих общение в определенной этнической общности или административно-территориальном объединении [Русский язык… 1997, с. 523].
В параграфе 1.2 «Внешние факторы воздействия на структуру современного русского языка и внутренние законы ее развития» рассматриваются внешние факторы эволюции языка: изменение круга носителей языка, распространение просвещения, территориальные перемещения народных масс, создание новой государственности, развитие науки, техники, международные контакты, деятельность средств массовой информации, фактор социально-психологической перестройки личности в условиях выработки новой государственной идеи и политики. Однако, как указывают исследователи, решающим в языковом развитии фактором оказывается действие внутренних законов: оно кроется в том, что язык является системным образованием. Основными законами развития языка являются [Ф. де Соссюр 1999; В.В. Виноградов 1952; Г. Пауль 1960; А. Шлейхер 1865; Н.С. Валгина 2003]: 1. Асимметричность языкового знака (С.И. Карцевский): на лексическом уровне у одного означающего может быть несколько означаемых (в случаях полисемии), одно означаемое может иметь несколько означающих (при cинонимии); на синтаксическом уровне одна часть речи способна выполнять несколько синтаксических функций, при парцелляции не совпадают границы предложения и высказывания: Был прекрасный день. Солнечный. Ясный. Безветренный. 2. Закон экономии речевых усилий. На уровне лексики это появление в языке метафор и фразеологизмов, заключающих в форме словосочетания значительный по объему смысл (ядерная зима ‘необратимое нарушение экологического состояния планеты в случае глобального ядерного конфликта’); новая номинация, часто заимствованного характера (гаджет, планшетник, дедлайн, хэндаут), «прозрачная» для владеющих языком-донором: У нас инвайтовая система. Есть лайки и дислайки… (Радио «Маяк». 2 апр. 2012 г.); Наши ведущие, как всегда, были трэнди (МузTV. 27.03.10); «Мой фейс – это лик России!» (Д.А. Медведев) (Завтра. 2012. № 19. С. 3); Стильные советы – новые летние must haves (Quelle. Весна – лето. 2012. С. 5). На уровне словообразования это универбы (безналичный расчет – безналичка, безнал; оптовая продажа – опт) и превербы – слова на сдвоенных корнях [Колесов 1999, с. 255] (кинобалет, видеобалет, телебалет); появление обобщающих номинаций (адаптогены ‘вещества, ускоряющие и облегчающие приспособление организма к условиям окружающей среды’; cиловики ‘представители армии, МВД и спецслужб’); активизация нулевой аффиксации (рассыл, прикид, наив, интим, нал, безнал, неформал, негабарит, конструктив, криминал) и усечения (алик, опер, азер, калаш, фан, мерс). На уровне морфологии тенденция к экономии выражается в форме подчиненной ей тенденции к аналитизму. Количество несклоняемых лексем в русском языке приближается к тысяче, количество несклоняемых прилагательных – к нескольким десяткам: Грандиозное байкер-шоу состоится сегодня на Кутузовской набережной (TV Россия. 24. 29.08.11); Но когда он доверяет профессионалам, он надевает грубый ремень на самое дешевое платье и становится чуть-чуть фэшн (Рус. Newsweek. 2009. № 13. С. 69); активизируется употребление в функции предиката категории состояния, выраженной именем (Не факт, что это так). Формы проявления тенденции экономии выражения смысла на синтаксическом уровне рассмотрены нами во второй главе. 3. Закон «второго более тяжелого». В силу линейного развертывания речи последний компонент языковой единицы в форме фракционированного знака (В.Г. Гак) является большим по количеству слогов, информационной значимости и проч.: семо и овамо, теперь вместо ныне, этот вместо сей [ЛЭС 1990, с. 159–160]. 4. Закон дифференциации значений. Абсолютный прогресс выражается прежде всего в росте словарного состава языка и в увеличении количества значений слов. Исторически увеличивается и количество синтаксических значений: чистое значение «соединение» (союз и) дополняется противопоставлением (а, но) [Бакалова 2010], постепенно возникают и сложные, дифференцированные значения: возместительное соединение (зато), уступка (хотя), следствие (поэтому) и проч.
К внутренним законам функционирования языка относят закон системности (являющийся одновременно и свойством, качеством языка); закон традиции, сдерживающий инновационные процессы; закон аналогии (стимулятор подрыва традиционности); закон экономии (или закон «наименьшего усилия»), особенно активно ориентированный на ускорение темпов в жизни общества; законы противоречий (антиномии), которые являются по сути «зачинщиками» борьбы противоположностей, заложенных в самой системе языка [Валгина 2003, с. 13].
Закон системности обнаруживается на разных языковых уровнях и проявляется как внутри каждого уровня, так и во взаимодействии их друг с другом. Изменение семантики слова отражается на его синтаксических связях и даже на его форме. И, наоборот, новая синтаксическая сочетаемость может привести к изменению значения слова, расширению или сужению. Так, слово радикальный имеет два значения, оба из сферы политики и мировоззрения в целом: Радикальный ‘1. Решительный, коренной, наиболее действенный; 2. Придерживающийся крайних, решительных взглядов’ [Большой толковый словарь 2000, с. 1056]). В современном же употреблении Тмин придает этому соусу радикальный характер (ТV канал НТВ. 16.03.12) оно приобретает гастрономическое значение ‘острый’. Сокращение количества падежей в русском языке (шесть из девяти) привело к росту аналитических черт в синтаксическом строе языка – функция падежной формы стала определяться позицией слова в предложении, соотношением с другими формами. Например, в предложении типа Мать любит дочь слова мать и дочь сложно разграничить по падежам (именительный или винительный) и соответственно выяснить, в каких отношениях они находятся в данном высказывании. Но для русского языка характерно позиционирование синтаксемы со значением ‘агенса’ на первом месте, а синтаксемы со значением ‘объекта’ – на втором. Таким образом, слово мать стоит в именительном падеже, а дочь – в винительном. Закон языковой традиции проявляется в объективном стремлении языка к стабильности, «охранности» уже достигнутого, исторически приобретенного, что обеспечивает непрерывность прогресса (Ю.В. Рождественский): хрестоматийный пример с ударением звони́т, звоня́т, при том, что тенденцией европейских языков с нефиксированным ударением является перенос ударения на корневую часть (Л.Р. Зиндер): ср. сомнения Подарок сразу врýчат. А может быть вручáт (м/ф «Пластилиновая ворона») и современное Он вáрит себе кофе. Сейчас он вклчит свет. Мáнит меня этот таинственный край. Действие закона языковой аналогии проявляется во внутреннем преодолении языковых аномалий, которое осуществляется в результате уподобления одной формы языкового выражения другой [Валгина 2003, с. 16–17]: управление глагола поражаться + дат. п. (чему, вместо чем) по аналогии с другими глаголами (изумляться чему, удивляться чему), переход глаголов из одного класса в другой (читать – читаю, бросать – бросаю и полоскаю (вместо полощу), махаю (вместо машу), мяукаю (вместо мяучу). Закон речевой экономии (или экономии речевых усилий) объясняет, например, распространение нулевого окончания в родительном падеже множественного числа у ряда классов слов: *сто грамм вместо сто граммов; *полкило апельсин, *кило помидор. Словосочетания могут послужить базой для образования слов, а сложные предложения могут быть свернуты до простых и т.п. [Кубрякова, Шахнарович, Сахарный 1991]: овсянка (овсяная крупа); мороженое (мороженое молоко), учительская (комната для учителей).
Языку как феномену свойственны определенные антиномии – противоречия: антиномия говорящего и слушающего (районное управление по борьбе с организованной преступностью – РУБОП); антиномия узуса и возможностей языковой системы (нежелательность формы 1-го лица глаголов победить, пылесосить); антиномия кода и текста (кавалькада ‘группа наездников и наездниц на прогулке; группа всадников, едущих вместе’, брокер ‘посредник при совершении сделок на бирже, действующий по поручению своих клиентов’); антиномия, обусловленная асимметричностью языкового знака (врач – доктор – лекарь – эскулап); антиномия двух функций языка – информационной и экспрессивной (стандарт и экспрессия в СМИ); антиномия двух форм языка – письменной и устной: Песок себе и песок, как на пляже, сначала говорили в аэрокосмическом агентстве (URL: http://news.rambler.ru/15963280/ (дата обращения: 16.10.2012), [де Соссюр 1999]).
В параграфе 1.3 «Факторы, влияющие на развитие синтаксической системы. Синтаксические тенденции и их дифференциальные признаки» выделены две основные тенденции, оказывающие влияние на современный русский синтаксис: экономичность (экономия речевых усилий), в том числе аналитизм как форма проявления экономии, и дистинктность (точность выражения). Необходимо отметить, что указанные тенденции не действуют самостоятельно и независимо друг от друга – они взаимодействуют и находятся в определенной зависимости. Например, проявлением аналитизма в синтаксисе мы считаем экспансию номинативов, что, в свою очередь, также является показателем стремления языка к экономичности (форма) и дистинктности (содержание и форма). Среди указанных тенденций выделяются, на наш взгляд, ведущие и подчиненные им. Как известно, один из основных законов языка – закон экономии языковых усилий. Проявлением его является и формирование аналитизма, и компрессия, и редукция.
Целью сообщения, а потому ведущим принципом организации языковой структуры является также точность выражения смысла, находящая свое выражение в синтаксической структуре текста: вынесение топика сообщения (сегментация) или ремы (парцелляция), инверсии, присоединение и т.п. Поэтому динамику структуры современного русского синтаксиса мы рассматриваем в аспекте проявления тенденций к экономии и точности выражения смысла. Закон речевой экономии (или экономии речевых усилий) обеспечивает оптимизацию мыслительных и произносительных усилий языковой личности. Проявлением тенденции к экономичности на синтаксическом уровне являются: 1) элиминирование синтаксических распространителей: рост имплицитных и эллиптичных конструкций, компрессии и редукции высказываний: Минкульт Эстонии захотел по-русски (Профиль. 2007. № 33. С. 9); 2) синтаксическая контаминация, в частности, предикативная осложненность предложения: Написать на асфальте перед окнами девушки «Просыпайся, любимая!» – от 250 до 500 (Нов. газ. 2004. № 20. С. 27); 3) рост интертекстуальности: Зелененький он был… (URL: http://www.meta.kz/118417-zelenenkijj-on-byl.html (дата обращения: 14.11.2013)), Прозаседавшиеся (Профиль. 2011. № 22. С. 60).
Проявлением тенденции экономии является тенденция к аналитизму: 1) ослабление синтаксических связей: Тогда напротив здания ПИБ появились люди с плакатами, которые кричали: «Спасайте свои деньги!»
(URL: http://dozor.kharkov.ua/1000981/dengi/1025454.html (дата обращения: 14.10.2008)); 2) проникновение иностранных неадаптированных слов в конструкции: BNY Mellon предложил России выгодный кредит в обмен на мировую (URL: http://www.meta.kz/118935-koshelek-ili-sud.html (дата обращения: 14.09.2009)); 3) экспансия номинативов: Попытка номер два (Рос. газ. 2008. № 134. С. 3).
Тенденция к дистинктности проявляется как семантическое согласование: Фотограф щелкала – они вылетали. В результате – Месяц фотографии (Нов. газ. 2004. № 2. С. 14); выделение топика: Из огня да в полымя. Не успели учителя подумать, как быть с религиями, на них посыпались новые предложения (Рус. Newsweek. 2009. № 35. С. 54) и резюме: Когда взорвался реактор в Чернобыле, первое официальное сообщение прозвучало через два дня, а еще через два дня в Киеве весело праздновали Первомай. Чтобы не сеять панику (Там же. С. 2).
В параграфе 1.4 «Публицистическая речь и ее особенности» рассматриваются особенности современных СМИ, в том числе новой – электронной фактуры речи: 1) лаконичность, сжатость и четкость сообщения; 2) информационная мозаичность; 3) наличие изображений, не связанных с текстом; 4) наличие ссылок на другие сообщения; 5) недостаток вербальной информации; 6) креолизованный характер текста; 7) наличие подзаголовка, расшифровывающего заголовок.
Таким образом, мы выделяем в качестве основных тенденций языка экономию усилий, в том числе аналитизм, дистинктность, а также демократизацию как фон и стимул экономии усилий выражения смысла и рассматриваем эти тенденции на синтаксическом уровне как уровне коммуникации.
В главе 2 «Основные тенденции развития синтаксиса современного русского языка» рассматриваются основные тенденции синтаксической динамики современного русского языка. В параграфе 2.1 «Тенденция к демократизации языка как предпосылка экономичности выражения смысла» рассматривается синтаксическая роль междометий (Герои их ковали молотом, курили в небо, взламывали замки и пароли… Иногда нелепо погибали – а то; нельзя же каждый сценарий заканчивать стоящим враспор на своей земле хозяином – компаньоном заморских купцов да собирателем русских земель (Рус. жизнь. 2009. № 2–3. С. 112)), появление имплицитных и неполных конструкций (В «Круге» находились люди самого разного возраста. Всего человек 15 (МК. 2013. № 16. С. 15)) как проявление влияния устной речи.
В параграфе 2.2 «Тенденция к экономичности выражения смысла» анализируются способы проявления экономии синтаксического выражения смысла. 1. Опущение (упрощение, включение и совмещение): А там либо начальство увлечется чем-то еще (страна большая, каждый уголок управляется вручную, рук не хватает), либо подчиненные каким-то образом решат проблему (Нов. газ. 2010. № 145. С. 33) и замещение: В поселке, помимо ковров, холодильников, набитых едой, были обнаружены десятки шприцев и пакеты с травой, по виду мало напоминающей укроп. Это – в оздоровительных целях, улыбчиво успокаивали полицейских мигранты: лечили воспаление (URL: http://news.rambler.ru/10334581/ (дата обращения: 29.06.2011)). 2. Упрощение синтаксических конструкций: стоять в очереди за газетой – стоять за газетой. 3. Рост аппозитивных сочетаний: Сейчас тружусь на ниве купи-продай (АиФ. 1993. № 19). 4. Элиминирование синтаксических распространителей: Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев 27–28 сентября нанес «тройной удар» (Завтра. 2013. № 40. С. 1); Государство вмешается (Изв. 07.04.06. С. 5). 5. Рост имплицитных и эллиптичных конструкций: Оружие гимназиста. Ученик баварской школы забросал одноклассников "коктейлем Молотова" (URL: http://lenta.ru/
articles/2009/09/17/amoklauf/ (дата обращения: 17.09.2009)); «Сумерки» провозглашают моду на бледнолицых (URL: http://www.fashion.rin.ru/
news/8437.html (дата обращения: 1.12.2009)). Мы выделяем три разновидности эллипсиса: а) контекстуальный (Минкульт Эстонии захотел по-русски (Профиль. 2007. № 33. С. 9)); б) нарочитая омофония высказывания (Руки в верфь (Рус. Newsweek. 2009. № 35. С. 30)); в) конструкция с синтаксическим нулем (Кавказ – дело громкое (Там же. С. 14)). 6. Компрессия, когда исключаются избыточные словесные компоненты и сохраняется синтаксическое объединение оставшихся структур: «Землю – крестьянам, деньги – водителю» (надпись в маршрутке); Стилист пришел в костюме – как с фронта вернулся (URL: http://www.tatar-inform.ru/
news/2010/03/25/211625/ (дата обращения: 25.03.10)), и редукция как отсечение необходимого грамматического звена в синтаксической структуре: В каждой шутке – доля (Нов. газ. 2004. № 27. С. 7). 7. Неоднородное сочинение: Он любил и бывал в России (о М. Дрюоне) (ТВ. 19.04.09. 2-й канал). 8. Синтаксическое слияние [Покровская 2001] – взаимодействие синонимичных типов разных структур, в результате которого возникают новые синтаксические конструкции (гибриды слова и словосочетания: Точно так же околодиссидентская публика, озабоченная слушанием «радиосвободы» и чтением самиздата, мало интересовалась, скажем, живописью – разве что ту живопись давили бульдозером, «и то» (Рус. жизнь. 2009. № 2–3. С. 51); Околочехова (заг.) (Завтра. 2010. № 5. С. 8), гибриды членов предложения, например составного сказуемого и обстоятельства: Утром он проснулся в обычное время и пошел поставил чайник на огонь (Ю. Крелин), гибриды сложных предложений: То ли Пирогов решил – он и впрямь Пирогов… (Ю. Крелин); «Дед» со «старухой» читали – прослезились (Г. Владимов). В качестве слияния, на наш взгляд, можно рассматривать и негомогенное оформление однородного ряда: Мужчина, убрать квартиру и стирка – вещи почти не совместимые (Комс. правда. 12.05.07. С. 4); Женщина назвать себя и от фотографирования отказалась (АиФ. 1991. № 25. С. 17). 9. Фразеологизированные конструкции: Ректор – он и в Африке ректор; Российский суд, бессмысленный и беспощадный. Сегодня был в Перми, где оглашался приговор предпринимателю Андрею Агишеву. За то, что он сдавал в аренду находящуюся в его личной собственности недвижимость и выдавал кредиты из собственных средств и при этом уплачивал в полном объеме подоходный налог, он получил два года условно (URL: http://saleksashenko.livejournal.com/167654.html). 10. Предикативная осложненность предложения: Мне страшно надоела жизнь в режиме «Рота, подъем!» (УР. 21.08.09); Вопрос «Кто виноват?» чужд православному (Нов. газ. 2004. № 6. С. 9); «Правильным курсом доллара идете, товарищи!» – так нам могут сказать, потирая руки, западные банкиры (Нов. газ. 2004. № 18. С. 16). 11. Интертекстуальность: Прозаседавшиеся (Профиль. 2011. № 22. С. 60) или видоизменение клише [Бондаренко 2009]: Гонка футбольных вооружений (Нов. газ. 2004. № 7. С. 18); Из России – без любви (Профиль. 2011. № 22. С. 40). Проявлением экономии является и рост аналитизма (см. параграф 2.4).
Проанализированный материал позволяет заявить не только о случаях упрощения конструкций, но и о достаточной распространенности усложненных и многоярусных структур, т. е. можно говорить, что тенденция к экономичности развивается в двух направлениях:
•	один вектор состоит в упрощении структуры за счет осложнения семантики, что ведет к сокращению объема предложения, использованию контаминации, интертекстуальных смыслов и проч.: Удалось разыскать ту запись. И – не перевелись на Руси чудо-мастера! – восстановить ее (Нов. газ. 2012. № 118. С. 10);
•	другой вектор демонстрирует импликацию смысла за счет осложнения структуры: увеличение объема предложения, использование нескольких придаточных (со связями параллельного подчинения и соподчинения), включение вставных конструкций, например: Чем Моди плох? А была такая история в 2002 году, когда в его штате группа мусульман напала на индусов (это слово означает только одно – приверженца индуистской религии, а вовсе не индийца вообще). И поубивала человек этак 60 (Нов. газ. 2013. № 106. С. 11).
Общие количественные подсчеты примеров фрагментов текста, демонстрирующих проявление тенденции к экономичности, таковы: примерно половина собранного материала, около 47% (632 из более 1350 единиц, см. приложение 2), представляет собой иллюстрации действующей в синтаксисе современной публицистики тенденции к экономии речевых усилий. Из них примерно 10% – фрагменты текста, соответствующие традиционному пониманию экономичности (усложнение структуры при упрощении смысла), и около 37% – иллюстрации нового вектора тенденции к экономичности (усложнение семантики при упрощении структуры). Можно сделать вывод, что современная глобальная языковая ситуация (увеличение потока и скорости информации, цена и ограниченный размер информационной интернет-площади, давление аналитического мирового английского языка, роль визуализации в подаче информации, способствующая появлению современных креолизованных текстов) является мощным фактором экономии в языке, поэтому тенденция к экономии речевых усилий в ближайшем будущем будет, на наш взгляд, только усиливаться.
В параграфе 2.3 «Тенденция к дистинктности выражения смысла» анализируются следующие синтаксические проявления тенденции к точности выражения смысла: 1. Семантическое согласование: Широко шагают Штаты – пора и унять молодца (Завтра. 2009. № 37. С. 4). 2. Точность и логизация высказывания, проявляющиеся прежде всего в сегментации топика высказывания и в парцелляции ремы высказывания. 
Сегментация представляет собой специальное экспрессивное расчленение высказывания на топик и остальной текст [Валгина 2003, с. 184], вынос топика «влево», в «предречь»: Гора с плеч. Россия освободится от коммерческой задолженности бывшего СССР (URL: http://www.lenta.ru/ news/2010/01/25/debt/ (дата обращения: 30.11.2009)); Без зонтика. США отказались от размещения системы ПРО в Европе (URL: http://lenta.ru/ articles/2009/09/17/pro/ (дата обращения: 17.09.2009)). Новым явлением русского синтаксиса следует считать сегментацию с абзаца (термин Л.А. Шестак):
Подискутируем. 
Мой главный упрек медведевской мечте – полное отсутствие в ней того, что любую мечту и слагает: высшей цели, которая превосходила бы приземленную, обывательскую человеческую жизнь (Завтра. 2010. № 5. С. 3).
Классификация сегментированных конструкций следующая [Рогова 1975, с. 53–54]: 1) именительный темы: Евгений, "Валодя" и все-все-все. В Грузии заочно осудили российского майора Борисова (URL:  http://lenta.ru/ articles/2011/06/29/sentence/ (дата обращения: 29.06.2011)); 2) делиберативные обороты, в состав которых входят именная форма и союз, вводящие читателя в основное высказывание (местоимения в рематической части нет): Через тернии к креслу. Как Валентина Матвиенко станет спикером Совета Федерации (URL: http://lenta.ru/articles/2011/06/30/ matvienko/ (дата обращения: 30.06.2011)); На деревню дедушке. Российские писатели попросили "Яндекс" защитить их от пиратов  (URL: http://lenta.ru/articles/ 2011/07/13/writers/ (дата обращения: 13.07.2011)); 3) конструкции с однородными членами и обобщающим словом, которые близки к именительному темы: Blanka с нами. Mehdi с нами. May с нами. Jeremy с нами. Rokko с нами. Beckham с нами. B.O.B. с нами. Rose с нами. Katy с нами. Messi с нами. Все с нами. Adidas (ТВ-реклама). 
Особенно интересными исследователи признают конструкции с антиципацией, где местоимение предшествует именительному темы [Ишмекеева 2006, с. 10]: Какая она, новая пенсия? (Наша Магнитка. 2003. № 23). Предложения с сегментом на конце близки к конструкциям с именительным темы; иначе их называют еще «конструкциями добавления» [Ишмекеева 2006, с. 12]: А все-таки она есть. Методология счастья (Учит. газ. 2003. № 40). Если именительный темы, предшествующий высказыванию, служит для введения новой темы, то зеркальная конструкция, напротив, используется главным образом для связи текста. При этом степень анафоричности местоимения при антиципации может различаться, что сказывается на значении сегмента: а) местоимение повторяет только что названное слово, а сегмент становится экспрессивным лексическим повтором: «Держать себя в руках» – всегда ли это полезно? (Нов. газ. 2004. № 10. С. 35); б) местоимение удалено от слова (или этого слова нет вообще), вбирает в себя мысль из предыдущего повествования и эксплицитно передает основную тему текста: Телевизор SONY 25 дюймов – вот это мой размерчик! (ТV-реклама); в) местоимение сегмента в интерпозиции выступает в анафорической функции. Дважды сообщенная тема (местоимение и сегмент-существительное) создает ощущение напряженного ожидания ремы: Любовь – она бывает разной (Газета XXI век. URL: http://xxivek.com.ua/article/6801); Тинькофф. Он такой один (ТV-реклама).
Основными функциями сегментации как синтаксического средства являются: актуализация информации: Пока известно следующее. Инцидент произошел на третий день начала школьных занятий после летних каникул (URL: http://lenta.ru/articles/2009/09/17/amoklauf/ (дата обращения: 17.09.2009)); доказательство тезиса: Не забудьте выбросить телевизор. В журналах появится видеореклама (URL: http://lenta.ru/articles/ 2009/08/21/epaper/ (дата обращения: 21.08. 2009)); формулировка убеждения [Ишмекеева, 2006, с. 11]: ЖКХ: программа его реформирования принята, творческая работа продолжается (Строит. газ. 2002. № 38). 
При анализе отобранного материала нами были отмечено возрастание частотности использования особой сегментированной структуры, в которой рема находится в постпозиции: T – R. Безусловно, сегментация, являясь экспрессивным приемом синтаксиса, не ограничивается в своей реализации прямым (последовательным тема-рематическим членением) порядком расположения частей. Так, Т.Н. Ишмекеева выделяет две разновидности сегментации: репризная, когда сегмент находится в препозиции по отношению к базовой части (T предшествует R), и антиципацию, когда сегмент следует после основной части (сначала R, потом T) [Ишмекеева 2006, с. 26]. Коммуникативное членение и фактическая информативность элементов вступают здесь в противоречие: «…рема сообщает нечто такое, что без участия темы не имеет достаточной информативной ценности» (Ю. М. Скребнев), т. е. «интригой» высказывания становится именно тема, которая раскрывает значение упомянутой ранее ремы. Интонация в данном случае является пояснительной: у автора есть новость, которую он торопится высказать, при этом забывая указать, о чем собственно идет речь, и упоминая тему как бы напоследок: А все-таки она есть. Методология счастья (Учит. газ. 2003. № 40. – Пример Т.Н. Ишмекеевой). Сравните: А эта кралей какой стала. Райка-то (УР). 
В одном важном пункте нам, однако, хотелось бы не согласиться с уважаемым исследователем, который полагает, что «антиципированные конструкции близки к репризным» и «представляют собой перевернутый вариант последних», подтверждая это примером: Какая она, новая пенсия? (Наша Магнитка. 2003. № 32); ср.: Новая пенсия: какая она? [Ишмекеева 2006, с. 12]. Нами были обнаружены и проанализированы не только такие типы сегментированных конструкций, но и высказывания, в которых произошла инверсия коммуникативно значимых частей и их пунктуационное и интонационное разделение. Таким образом, между ними отсутствует какая-либо другая связь, кроме смысловой. Сегмент в таких случаях чаще всего выражен независимым именительным или предложным сочетанием: Такой быстрый! Такой сильный! Супер Момент (ТV-реклама); Подарите лучшее качество жизни вашим близким. От Oral-B (ТV-реклама); Новый Normaderm Три-Актив. Тройная эффективность. От Vichy (ТV-реклама). Cегментация же с прямым расположением компонентов (T – R), на наш взгляд, выполняет иные коммуникативные и экспрессивные функции, нежели тип R – T. Сравним: Ты звезда. С новой линией для молодой кожи Nivea Visage Young (ТV-реклама). – С новой линией для молодой кожи Nivea Visage Young ты звезда. То же происходит и при сегментации, когда ремой является ряд однородных членов, при этом в подобных примерах наблюдается и действие тенденции к экономичности: Натоптыши, мозоли, трещины, сухая кожа стоп. Крем "Лекарь" (ТV-реклама);  Отборные лесные орехи, молоко и вкуснейшее какао. Nutella (ТV-реклама). Таким образом, сильная финальная позиция композиционно и логически акцентирует внимание аудитории на сегменте, выражающем тему высказывания и являющемся в данном случае необходимым и особо важным звеном в понимании всего фрагмента текста. Основываясь на всем вышеизложенном, мы предлагаем выделить данное явление в отдельный тип и именовать его обратной сегментацией в силу инверсивного членения высказывания и «противоположной» функции темы, вынесенной в сегмент: не назвать топик, а акцентировать на нем внимание как на наиболее важной смысловой части конструкции.
Перейдем к парцелляции как выносу «вправо» ремы: С момента создания Госнаркоконтроля в 2003 году многие утвердились во мнении, что борьба с наркоторговлей и наркоманией для наркополицейских – второстепенная задача. Теперь им предстоит доказать, что это не так. Не перегибая палку (Рус. Newsweek. 2009. № 44. С. 28). 
Парцеллируются главные члены высказывания: Трехкомнатная квартира…Новенькое авто… Хорошая работа… Любящий муж. И все это у нее было. Почему же связалась с ним? (Комс. Правда. 26.11.08. С. 3); Он там за бедных и за русских, в смысле вместо бедных и русских, и пребывает, на Лазурных берегах, бирюзовых реках. Ведь там нет ни бедных, ни русских. Вот и приходится ему и за бедных, и за русских. Отдуваться (Завтра. 2009. № 41. С. 6).
Парцеллируются второстепенные члены: 1. Парцеллятом выступает обстоятельство: а) образа действия: Связано это с той самой ситуацией, которой в одиночку пытался противостоять 19-летний Герман. Наивно. Неумело. С надрывом. Одним словом, как мог (Нов. газ. 2004. № 15. С. 1); б) места: Мария – студентка, приехала из провинции, поступила в Московский государственный университет. Учится она политологии, себя в будущем видит на руководящем посту. В Кремле (Профиль. 2008. № 29. С. 68); в) времени: Большинство представителей правящего слоя убеждены: осторожные, постепенные реформы России, в общем, нужны. Но не при нас. Когда-нибудь. Лет через 50–100 (Профиль. 2007. № 33. С. 34). 
2. Парцеллятом выступает определение: а) согласованное: Верность флагу. Любому (Рус. Newsweek. 2009. № 36. С. 60); б) несогласованное: Что же касается наблюдателей со словарем, то им тоже нужна новая вакцина. От клинического идиотизма. (URL: http://www.lenta.ru/columns/2010/03/18/ vaccine/ (дата обращения: 18.03.2010)); в) обособленное: Группа членов совета, не предупредив никого, выдвигает на должность ответственного секретаря постороннего человека – Дмитрия Некрасова. Занявшего на выборах 94-е место и имеющего трехлетний опыт работы в администрации президента России (URL: http://lenta.ru/columns/2012/10/29/ creative/ (дата обращения: 29.10.2012)); В социальных сетях появится множество комментариев. Вроде как и гневных, но все равно с рефреном: а чего вы еще ждали (URL: http://lenta.ru/columns/2012/10/29/creative/ (дата обращения: 29.10.2012)). 3. Парцеллятом выступает дополнение: Теплый прием оказывает запад всем, готовым за это заплатить. Нами (Завтра. 2009. № 41. С. 6); Вопрос закрыт. Вместе с бизнесменами. Предприниматели поплатятся за сотрудничество с наукоградами (Нов. газ. 2004. № 23. С. 24); В эти заповедные нетронутые места, как говорится, не ездят поезда и не летают самолеты. Зато [их]  посещают организованные экскурсии. На верблюдах, велосипедах или просто пешком (АиФ. Нижнее Поволжье. 2009. № 47. С. 6). 
Расчлененно оформляется однородный ряд: а) однородные подлежащие: Впрочем, по этому «большому пути» мы движемся этап за этапом. На нем – и призывы запретить выставки или спектакли, не понравившиеся религиозным фанатикам. И торжественное освящение водопроводной воды. И требования преподавать в школах креационизм наряду с эволюционной теорией. И создание факультета православной культуры в Академии ракетных войск стратегического назначения. И принятие законов о наказании за «пропаганду гомосексуализма», обосновываемых цитатами из Ветхого Завета и проклятиями в адрес «содомитов» и «извращенцев». И безальтернативное, вопреки закону, внедрение в школу «основ православной культуры» (как заявили в школе у моего младшего сына, «так рекомендовано патриархом»). И «православные хоругвеносцы», «народные соборы», «ряженые казаки», патрулирующие улицы и прочие персонажи, все больше напоминающие серых штурмовиков из повести «Трудно быть богом»… (Нов. газ. 2013. № 40. С. 2); Сухое чистое белье... Мягкие шлепанцы, застиранный теплый халат... Веселая музыка из репродуктора... Клиническая прямота и откровенность быта. Все это заслоняло изолятор, желтые огни над лесобиржей, примерзших к автоматам часовых (С. Довлатов); б) однородные сказуемые: В декабре прошлого года участников протестных митингов еще можно было идеализировать. И представлять, что после первых арестов по "болотному делу" явки с повинной в СК принесут десятки тысяч участников "Марша миллиона", да и просто сочувствующие (URL: http://lenta.ru/columns/ 2012/10/29/ creative/ (дата обращения: 29.10.2012)); Кто решил, что из всех страстей на земле людей, смотрящих телевизор, волнуют лишь картонные страсти-мордасти, которыми изобилуют отечественные ток-шоу и сериалы? Телевизионщики сами и придумали. И сами же приучили публику к суррогатам чувств и страстей (Нов. газ. 2013. № 40. С. 24); Хотите, я скажу вам, что произошло? На него давили. Разводили. Не давали спать, допрашивали по 48 часов и пр. (Нов. газ. 2012. № 121. С. 4); Праздник — это выходные на природе и солнечное утро. Вступление в новую жизнь и долгожданные каникулы. Тёплый ливень. Звуки любимой мелодии. Именины. И самый волшебный вечер в году (ТV-реклама); в) однородные обстоятельства: Связано это с той самой ситуацией, которой в одиночку пытался противостоять 19-летний Герман. Наивно. Неумело. С надрывом. Одним словом, как мог (Нов. газ. 2004. № 15. С. 5); г) однородные определения: Но дистанцию между автором и героем сохранить не смогла и вопреки всем законам кино и жестоким нормам нашей реальности включилась в судьбу Антона, изменив линию его жизни. И своей (Нов. газ. 2013. № 40. С. 24); д) однородные дополнения: Организации и ее исполнительному директору Лилии Шибановой грозят многотысячные штрафы. А в перспективе и уголовное дело (Нов. газ. 2013. № 40. С. 4); И абсолютно никого это все не волнует. Ни власть, ни народ. Ни мужчин, ни женщин (МК. 2013. № 16. С. 28); Он внушал нам маленький, но оптимизм. Надежду (Нов. газ. 2010. № 145. С. 2); Мы для спасения страны вынуждены обычно делать какие-то крайние вещи. Революцию. Приватизацию. (Д. Быков).
Производится выделение придаточной части:  Сейчас, я считаю, главная проблема нашего государства – спасти детей. Чтобы они росли здоровыми, веселыми и разумными. Личностями, а не бездуховными и злыми маленькими эгоистами (Лит. газ. 24.02.99. С. 10); Иван приметил старика сразу, еще с прошлого лета, когда тот начал мягко, но настойчиво выделять его из толпы стриженых курсантов – взглядом, улыбкой, неизменным вниманием и внятной для Некитаева, но едва ли заметной для остальных готовностью к услуге. Какой ни потребуется (П. Крусанов); Все больные – дети. Даже когда им за семьдесят (АиФ. 2000. № 43. С. 13); Она очнулась… Но глаза открывать не хотелось. Знакомые мужские голоса вели неспешный разговор, который начался очень давно. За той чертой, где кончается память (Л. Улицкая). В том числе парцеллируются однородные придаточные: Женщина – казанская правозащитница Нина Писанова – начинает объяснять, что ситуация с вывезенным из Украины оппозиционером Леонидом Развозжаевым – чудовищная. Что призыв выходить на улицы она услышала на телеканале "Дождь". Что среди членов КС ей наиболее импонирует журналист Филипп Дзядко (URL: http://lenta.ru/columns/2012/10/29/creative/ (дата обращения: 29.10.2012)); Гордиться своей русскостью можно будет тогда, когда наши русские дети смогут получать хорошее образование. Когда они будут создавать крепкие, здоровые семьи, а не шляться «по бабам», как учат «герои» бездарных телесериалов. Когда наши солдаты перестанут стрелять на улицах сигареты и получат вместо «кирзы» нормальные кожаные ботинки. Когда миллионы наших беспризорных перестанут мыкаться по сиротским домам и тюрьмам для малолетних. Когда по понедельникам у половины русского населения не будет трещать голова от похмелья. Когда пропившие совесть русские родители перестанут выставлять детей на улицу. Когда наши рабочие и служащие научатся объединяться в профсоюзы и отстаивать свои права, а не писать жалобы зажиревшим депутатам (АиФ. 2005. № 51. С. 1); Всех космонавтов поражает, какая Земля маленькая. И как важно бережно относиться к ней, потому что из космоса хорошо видны результаты неразумной деятельности человека (АиФ. 2000. № 44. С. 17).
Отделяется предикативная часть сложносочиненного или бессоюзного сложного предложения: Жизнь, в сущности, не такая плохая. Только если о ней не думать (О. Робски).
Отделяются вводные конструкции: Впрочем. Никаких оргвыводов в отношении дебатов не последовало (Профиль. 2008. № 29. С. 27).
Лингвиcтическим механизмом парцелляции является асимметричный дуализм языкового знака [Карцевский 1965, с. 85]: два предложения как наполненные и распространенные структурные схемы [Грамматика 1970, с. 62] представляют собой одно высказывание с ремой, актуализированной не только логическим ударением и обычной для письменной речи финальной позицией, но и паузацией, а также диэремой [Панов 1990] конца высказывания (ИК-1) – падающей интонацией со значением конца сообщения. На несовпадении фонетических и смысловых показателей (нарушение когерентности) основано такое новое явление русского синтаксиса, как парцелляция с абзаца (термин Л.А. Шестак). Так, с абзаца парцеллируются однородные предикативные единицы:
Понятно, что надо делать. Надо сокращать неэффективные вузы.
Надо сокращать бюджетные места в вузах, потому что за эти места все равно платят взятки.
Надо радикально реформировать РАН, потому что в своем нынешнем виде она ни к какой науке не способна…
Наконец, надо бороться, как я уже сказала не с плагиатом даже, а с организованным преступным сообществом плагиатчиков (Нов. газ. 2013. № 40. С. 5). 
С абзаца парцеллируются дополнения:  
Тема обмусолена «от» и «до», но – надо сказать спасибо М.Б. – поигрывая в Пелевина, он и меня подтолкнул к тому же. 
Систематизации поколений и определении их места в алфавите новейшей российской истории (Завтра. 2009. № 45. С. 1).
С абзаца парцеллируются уточнения:  
Первая буква российского алфавита, одна из самых употребительных – в русском языке – гласных, и, наконец, – а возможно, во-первых, – первая буква фамилии Аракчеев.
Лейтенанта российской армии Сергея Аракчеева (Завтра. 2009. № 45. С. 1).
С абзаца парцеллируются присоединительные конструкции:  Остается только одно: не давать повода для такой реакции. Уважать граждан. Помнить, что губернатор – не «хозяин города», а наемный менеджер, обязанный работать для жителей.
Кстати, это касается не только общения с фанатами.
И касается не только питерского губернатора (Нов. газ. 2012. № 121. С. 20).
Заключенного колонии строгого режима, осужденного по статье 105 часть 2 Уголовного Кодекса РФ к 15 годам лишения свободы.
Притом, что он не совершал ничего, что инкриминировано ему судом (Завтра. 2009. № 45. С. 5).
С абзаца парцеллируются придаточные части:
Да, пусть так, в бегах, таясь, лишенные всех гражданских прав, я уж не говорю о средствах, жилье и прочем, обыденном – они на свободе.
И дай им Бог всяческой помощи и удачи.
Хотя – если вдуматься – это ужасно (Там же. С. 1).
Парцеллируется даже союз: 
Бодлер неоднократно повторяет: я думаю о тех-то и о тех-то.
Но «думать» не синоним сострадания и сочувствия. Можно ли упрекнуть его в отсутствии гуманизма? Но.
Во-первых, стихотворение написано в духе легенды об Андромахе – ни один историк не скажет, правдива она или нет  (Завтра. 2009. № 42. С. 7). 
Хотелось бы остановиться на спорном вопросе, касающемся выделения в качестве парцеллята части сложного предложения с сочинительной и бессоюзной связью: Политика талантливым людям неинтересна. Правда, это в благополучных странах (Нов. газ. 2004. № 1. С. 30); Для того чтобы озеро не высохло окончательно, нужно перенаправить туда часть стоков Иртыша. То есть исправить одно вмешательство другим (URL: http://prinas.org/news/3687 (дата обращения: 30.09.2009)). Представляется, что в подобных примерах конструкции с сочинительной связью «разорваны» с целью вынести в позицию ремы (постпозицию) именно ту часть, которая, по мнению автора, является наиболее важной. За счет разрыва синтаксической структуры внимание читателей акцентируется на парцелляте. При этом, несмотря на сочинительную связь и структурную самостоятельность, две части сложного предложения не являются одинаково автосемантичными: вторая (выносимая за пределы предложения-центра) часть – синсемантична. Принимая во внимание структурную самостоятельность частей и отсутствие прямой зависимости отделенной части от предложения-центра, мы полагаем, что вполне обоснованной является возможность именовать описанные выше конструкции парцелляцией переходного типа.
В качестве проявления тенденции к дистинктности можно, на наш взгляд, рассматривать и уточнение как присоединение информационного отрезка с акцентированием определенной семантической роли, чаще сирконстанта: В Чечне опять ловят Басаева – две последние недели подряд (Нов. газ. 2004. № 27. С. 27); У Черевкова есть свое маленькое дело — до чужого сердца (Там же. С. 31); Такое бюро по признанию в любви – за деньги (Там же).
В параграфе 2.4 «Тенденция к аналитизму  как проявлению экономичности выражения смысла» рассматриваются следующие проявления аналитизма в синтаксическом строе языка: 1. Ослабление синтаксических связей: 160 долларов — столько Россия собирается получать за каждую тысячу кубометров газа, поставляемого на Украину (АиФ. 2005. № 50. С. 1) и появление двойных связей: Махмуд Сек рассказал, что ему удалось схватить руку мужчины с пистолетом и отвести ее вверх (URL: http://fonos.ru/news.php?a=showfullnews&i=9606 (дата обращения: 21.03.10)). 2. Распространение присоединительных конструкций: После Италии президент Медведев едет в Испанию – традиционно близкая нам страна (ТВ. 11.03.09. 2-й канал); Приз за лучшее исполнение женской роли вручен шведской актрисе Аугуст – Анна Бергман в фильме «Благие намерения» (Изв. 19.05.92. С. 16). 3. Экспансия номинативов: Это был первый за 18 лет сольный концерт: два часа на сцене перед многотысячной толпой. Два часа неумолкающих оваций (URL: http://www.1sn.ru/70765.html (дата обращения: 06.01.2013)), в том числе  в функции зависимых членов предложения: Технология от ксерокс – идеальное зеркало ваше и всего мира  (Рус. речь.  03.03.94. С. 17); Ручки от Parker продаются в футлярах с фирменной символикой  (Изв. 16.11.94. С. 22); Я готова доверить стирку своего белья только «Ариэль» (TV. 10.09.09); В этом и заключается сила «Доместос» (TV. 03.09.09. 1-й канал); Технология от Ксерокс – это известная марка (Радио России. 15.12.07). 4. Рост предложности: Во избежание накладок с кредитными картами и гипотетическим overbooking не стоит, бронируя номер, заранее оплачивать его полную стоимость (Изв. 03.01.06. С. 18). 5. Вытеснение косвенных падежей прямыми: Это то, что ждет народ и что он хочет [Костомаров 1999: 258]. 6. Конкуренция предлогов и вытеснение предлогов, употребляющихся с косвенными падежами, предлогами «прямых» падежей: Ключи на домофон вместо для домофона. Замена предлогов связана с заменой падежей: главными падежами при аналитическом строе являются номинатив (субъект действия, ‘агенс’), аккузатив (объект действия субъекта) и генитив, оформляющий посессивность (кабинет директора). Более слабые дательный и творительный падежи вытесняются поэтому более сильными прямыми.
Таким образом, в современном русском синтаксисе действуют как противопоставленные, так и взаимосвязанные тенденции. Темп жизни, дорогая интернет-площадь, распространение креолизованных текстов, давление аналитического международного языка, распространение рекламы с ее установкой на номинацию «брэндов и трендов», т.е. на титул, на именительный падеж, – все это катализирует тенденцию к экономии, к аналитизму. В то же время стихия устной речи, необходимость воздействовать (в политике, рекламе, управлении), установка на креатив, на раскованность, на живое общение (интервью, прямой эфир), авторский текст как «языковой вкус эпохи» (В. Г. Костомаров) вынуждают говорящего/пишущего акцентировать логико-психологические части высказывания: топик и рему, тезис и аргумент, доказательства и вывод. Одни и те же факторы часто продуцируют разные тенденции (темп жизни), а разные тенденции оказываются взаимосвязанными: явления аналитизма мы рассматриваем и в рамках тенденции к экономичности, и в рамках тенденции к дистинктности; сжатость высказывания (тенденция к экономии речевых усилий) предусматривает и более точное, понятное выражение мысли (тенденция к дистинктности). 
В заключении диссертации подводятся выводы исследования и намечаются перспективы дальнейшего изучения проблемы. Анализ собранного нами материала – более 1350 единиц,  иллюстрирующих проявление в современном русском языке тенденций к экономии усилий (632 единицы), в том числе к аналитизму (85 единиц), к дистинктности  (639 единиц), а также к демократизации (25 единиц),– позволяет сделать следующие выводы относительно векторов развития синтаксической структуры современного русского языка. Основными направлениями, по которым идут изменения синтаксического строя языка, являются демократизация, экономия (сокращение длины предложения; имплицитность выражения смысла; опущение синтаксических распространителей; выравнивание по аналогии; формирование аналитизма – рост присоединительных связей, производных предлогов, экспансия предлогов, употребляемых с «прямыми» падежами, прежде всего винительным, экспансия номинативов, в том числе зависимого характера), смысловая усложненность синтаксического знака (использование в качестве предложений и их членов междометий, ФЕ, предикативных структур), информационная расчлененность и акцентирование топика и ремы.
В качестве новых явлений синтаксиса русского языка нами  рассмотрены и описаны:
1) парцелляция и сегментация с абзаца (термины Л.А.Шестак);
2) обратная сегментация (термин предложен нами);
3) парцелляция переходного типа (термин предложен нами).
В качестве перспектив исследования возможен как сопоставительный ракурс (тенденции развития синтаксиса русского языка в сопоставлении с синтаксисом других славянских  языков), так и рассмотрение тенденций к экономии усилий и к дистинктности в их соотношении с тенденциями к слиянию (членов предложения, видов сложного предложения, субъектных сфер в тексте), тенденции к идиоматизации и др.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях автора:
Статьи в рецензируемых изданиях, рекомендованных ВАК 
Министерства образования и науки РФ
1.	Харитонова, Е.В. Тенденция к экономичности в синтаксисе современного русского языка/ Е.В. Харитонова// Изв. Волгогр. гос. пед. ун-та. Сер.: Филологические науки. – 2012. – № 8(72).– С. 89–92 (0,4 п. л.).
2.	Харитонова, Е.В. Тенденция к дистинктности в синтаксисе современного русского языка (на примере прессы)/ Е.В. Харитонова// Ярославский педагогический вестник. Т. I. Гуманитарные науки. – 2013. – № 3. – С. 123–127 (0,4 п. л.).
3.	Харитонова, Е.В. Парцелляция как особенность синтаксиса современной публицистики/ Е.В. Харитонова// Изв. Волгогр. гос. пед. ун-та. Сер.: Филологические науки. – 2014. – № 2(87).– С. 87–90 (0,4 п. л.).
Статьи в сборниках научных трудов и материалов 
научных конференций
4. Харитонова, Е.В. Тенденции развития современного синтаксиса на материале интернет-прессы / Е.В. Харитонова// Вестник студенческого научного общества. № 25. – Волгоград: Перемена, 2009. – С. 183–186 (0,3 п. л.).
5. Харитонова, Е.В. Экономичность синтаксического выражения смысла как проявление диалогичности публицистического текста/ Е.В. Харитонова // Язык и культура: сб. материалов IV Междунар. науч.-практ. конф. / под общ. ред. д-ра филол. наук, проф. С.Г. Проскурина. – Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2013. – С. 51–54 (0,3 п. л.).
6. Харитонова, Е.В. Экспансия номинативов как частное проявление тенденции к аналитизму  в синтаксисе современного русского языка (на примере прессы) / Е.В. Харитонова// Тенденции и инновации современной науки: материалы VII Междунар. науч.-практ. конф.: тез. докл. 16 апр. 2013 г.: сб. науч. тр. – Краснодар, 2013. – С. 13–15 (0,1 п. л.). 
7. Харитонова, Е.В. Тенденции синтаксиса современной публицистики: прецедентный текст как элемент заголовка/ Е.В. Харитонова // Теоретические и практические аспекты развития современной науки: материалы VII Междунар. науч.-практ. конф. г. Москва, 3–4 апр. 2013 г. / Науч.-информ. изд. центр «Институт стратегических исследований». – М.: Изд-во «Спецкнига», 2013. – С. 228–231 (0,3 п. л.).
8. Харитонова, Е.В. Динамика структуры современного синтаксиса: экономичность и точность выражения/ Е.В. Харитонова// Русский язык в евразийском пространстве: совместное достояние и ответ на новые вызовы. – Волгоград: ИП «Поликарпов И.Л.», 2013. – С. 60–67 (0,5 п. л.).
9. Харитонова, Е.В. Тенденции развития современного синтаксиса (на материале интернет-прессы) / Е.В. Харитонова // XIV региональная конференция молодых исследователей Волгограда и Волгоградской области:  сб. науч. материалов. Напр. 13 «Филология». – Волгоград: Перемена, 2010.– С. 121–125 (0,4 п. л.).
10. Харитонова, Е.В. Тенденция к дистинктности: парцелляция переходного типа и парцелляция с абзаца / Е.В. Харитонова // Русский язык как государственный язык Российской Федерации: лингвистический, историко-культурный, дидактический аспекты функционирования: сб. материалов межрегион. конф. Ч. 2: Приложение на CD/ под ред. Е.В. Брысиной и В.И. Супруна. – М.; Волгоград: Про100Медиа, 2013. – С. 93–101 
(0,5 п. л.).

ХАРИТОНОВА Екатерина Владимировна 

ДИНАМИКА структуры синтаксиса
современного русского языка:
тенденции к экономичности и К дистинктности
(на материале современной прессы)

Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических наук

Подписано к печати                      . Формат 60х84/16. Бум. офс.
Гарнитура Times. Усл. печ. л. 1,4 . Уч.-изд. л. 1,5. Тираж 110 экз. Заказ     .

Типография Издательства ВГСПУ «Перемена»
400066, Волгоград, пр. им. В. И. Ленина, 27