На правах рукописи

МАТЮШЕНКО Екатерина Евгеньевна

ДИНАМИЧЕСКИЕ  ПРОЦЕССЫ 
В  ЯЗЫКЕ  МОЛОДЕЖНОГО  ЖУРНАЛА

10.02.19 – теория языка

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических наук

Волгоград – 2013

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном
образовательном учреждении высшего профессионального 
образования «Волгоградский государственный 
социально-педагогический университет».

Научный руководитель –	доктор филологических наук, профессор
	Крюкова Ирина Васильевна. 
Официальные оппоненты:	Олянич Андрей Владимирович,  доктор
	филологических наук, профессор (Вол-
	гоградский государственный аграрный
	университет, заведующий кафедрой ино-
	странных языков);  
	Тульнова Маргарита Афанасьевна, кан-
	дидат филологических наук, доцент (Вол-
	гоградский государственный социально-
	педагогический университет, доцент ка-
	федры английской филологии). 
Ведущая организация –	Московский государственный универси-
	тет имени М.В.  Ломоносова. 

Защита состоится 24 мая 2013 г. в 12.30 час. на заседании диссертационного совета Д 212.027.01 в Волгоградском государственном социально-педагогическом университете по адресу: 400066, г. Волгоград, пр. им. В.И. Ленина, 27.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Волгоградского государственного социально-педагогического университета.

Текст автореферата размещен на официальном сайте Волгоградского государственного социально-педагогического университета:  http://www.vspu.ru 19 апреля 2013 г.

Автореферат разослан 19 апреля 2013 г.

Ученый секретарь
диссертационного совета
кандидат филологических наук,
доцент	Н.Н. Остринская

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Данная работа, выполненная в рамках медиалингвистики, социолингвистики и функциональной стилистики, направлена на изучение динамики употребления языковых средств в современных молодежных журналах.
Объект исследования – медиатексты крупнотиражных российских молодежных журналов конца XX – начала XXI в. Непосредственным предметом анализа являются особенности динамических процессов в языке молодежного журнала с 1999-го по 2012 г.
Актуальность исследования обусловлена, во-первых, значимостью изучения языковой изменчивости и вариативности в социолингвистически значимые периоды, характеризующиеся демократизацией и либерализацией общества; во-вторых, недостаточной изученностью языка молодежного журнала, отражающего общеязыковые тенденции расшатывания границ языковой нормы и активизации единиц периферии общенационального языка. 
В основу работы положена следующая гипотеза: молодежный журнал отражает языковую динамику, которая проявляется в стилистических трансформациях, выходе лексики ограниченных сфер употребления за их пределы, тенденциях развития способов словообразования.
Цель работы – исследование динамики языковых процессов в медиатекстах молодежных журналов с 1999-го по 2012 г. 
Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:
1)	дать характеристику молодежным печатным изданиям с позиции журналистики, рассмотреть типологию молодежных журналов;
2)	установить хронологические срезы, актуальные для исследования языковой динамики в текстах молодежных журналов;
3)	 определить специфику молодежного журнала как гипертекста и креолизованного текста, выявить динамику использования паралингвистических средств; 
4)	обозначить тенденции стилистических трансформаций в медиатекстах молодежного журнала, отражающие динамику употребления элементов разговорной речи и средств интернет-коммуникации;
5)	выявить количественные и качественные изменения в употреблении некодифицированной лексики, зафиксированной в современной журнальной периодике для молодых людей.
Основным материалом анализируемых языковых процессов явились российские молодежные журналы массового распространения с 1999-го по 2012 г.: «Молоток», «Ровесник», «Bravo», «Cool Girl»/ «Лиза Girl», «Yes!», «OOPS!». За единицу анализа принимался текстовый фрагмент, включающий иностилевые языковые единицы, а также лексические единицы, находящиеся за пределами литературного языка. По результатам выборки составлена картотека, включающая более 4500 контекстов, в которых зафиксировано более 12000 анализируемых единиц. Для иллюстрации некоторых теоретических положений и сравнительных параллелей в качестве вспомогательного материала привлекались более ранние издания журнала «Ровесник», а также данные таких интернет-ресурсов, как TheHollywoodGossip, AskMen.com, FadedYouthBlog, сайт американского журнала Life&Style, некоторые материалы из которых были переведены журналистами отечественных молодежных изданий. 
В исследовании использовались следующие методы: общенаучный описательный метод, представленный приемами классификации, интерпретации и обобщения; лингвистические методы компонентного и контекстуального анализа, а также метод первичной статистической обработки материала. Анализ динамических процессов в языке молодежных журналов, созданных в разные годы, потребовал применения в некоторых случаях сопоставительного метода. 
Степень разработанности проблемы. Интенсивное изучение языка СМИ ведется несколько десятилетий. Различные стороны этого объекта освещены в исследованиях отечественных и зарубежных ученых. Особую актуальность в последние годы приобретает комплексный анализ языка СМИ на стыке и пересечении двух и более направлений современного языкознания. Теоретико-методологической базой данной работы послужили несколько групп взаимодополняющих исследований, в которых:
·	анализируются язык и стиль средств массовой коммуникации: Е.И. Беглова, Т.Г. Добросклонская, М.Р. Желтухина, Н.И. Клушина, В.Г. Костомаров, Л.Г. Лисицкая, Н.Е. Петрова, Л.В. Рацибурская, Т.И. Сурикова, Ю.С. Рынкович, Г.Я. Солганик, Дж. Данн и др.;
·	рассматриваются проблемы семиотики и лингвистики текста: Е.Е. Анисимова, Л.М. Большиянова, М.М. Бахтин, В.М. Березин, М.Б. Ворошилова, О.В. Дедова, А.В. Олянич, Ю.А. Сорокин, Ф.М. Тарасов, М.М. Субботин и др.;
·	исследуется социолингвистическая проблема соотношения форм существования языка: В.Д. Бондалетов, М.А. Грачев, В.С. Елистратова, М.А. Кронгауз, Л.П. Крысин, Н.Б. Мечковская, Т.Г. Никитина, В.В. Химик, I.L. Allen, N. Coupland, D. Crystal, F. Danes, E.Mattiello, J. Milroy и др.;
·	разрабатываются новые направления функциональной стилистики и стилистики текста: Н.С. Валгина,  Е.А. Земская, М.В. Китайгородская, Е.Н. Ширяев, Л.Г. Кайда, Л.П. Крысин, О.А. Лаптева, О.Б. Сиротинина, Г.Я. Солганик, Т.Г. Трошева, P. Kerswill и др.
Для более точного описания молодежного журнала как типа периодики были привлечены работы по журналистике: Д.С. Авраамов, М.Е. Аникина, Е.В. Ахмадулин, Р.П. Овсепян, А.А. Грабельников, О.Д. Минаева, Я.Н. Засурский, И.И. Засурский, М.В. Шкондин, М.И. Шостак, E.Noval и др.
Научная новизна настоящего исследования заключается в комплексном анализе языка молодежного журнала в динамическом аспекте. Рассмотрено становление молодежного журнала как типа периодики, и обозначены его характерные типологические черты. Исследованы особенности молодежного журнала как гипертекста и креолизованного текста. По данным двух синхронных срезов выявлены стилистические трансформации и динамика употребления лексических единиц периферии общенационального языка за последние 14 лет. 
Теоретическая ценность исследования заключается в том, что оно вносит определенный вклад в изучение некоторых проблем медиалингвистики, социолингвистики и функциональной стилистики. Представленные в работе данные о языковых изменениях в медиатекстах молодежного журнала, во-первых, способствуют системному освещению проблемы стирания границ между живой разговорной речью, интернет-коммуникацией и языком СМИ, что в конечном счете вносит вклад в исследование проблемы взаимодействия языковых средств периферийной сферы и литературной формы любого современного языка; во-вторых, демонстрирует особенности влияния на рассмотренные динамические процессы языковой моды и языковой политики. 
Практическое значение исследования определяется тем, что основные его положения могут быть использованы в преподавании  вузовских курсов языкознания и стилистики, а также в спецкурсах по социолингвистике и медиалингвистике. На основе полученных данных могут быть разработаны научно-практические рекомендации авторам молодежной прессы. Составленная картотека некодифицированных языковых средств, используемых в современных молодежных журналах, представляет определенный интерес для лексикографической практики.
На защиту выносятся следующие положения:
1. Молодежные журналы представляют собой специализированные, иллюстрированные периодические универсально тематические и монотематические печатные издания, предназначенные для подростков (14–17 лет) или молодых людей (18–24 лет), выполняющие общие для всех СМИ коммуникативную, познавательную и ценностно-ориентирующую функции, а также особую – социализаторскую функцию. В способе подачи информации и манере изложения в молодежном журнале наблюдаются паралингвистическая и лингвистическая вариативность, динамика языковых процессов, для выявления которой были установлены хронологические срезы: 1999–2003 гг. и 2008–2012 гг.
2.	Экспансия разговорной речи в медиатекстах молодежного журнала представлена на всех языковых уровнях: фонетическом (письменная фиксация редукции гласных и упрощение группы согласных, выпадение части слов и словосочетаний, намеренное увеличение  гласных и согласных),  лексическом (функционирование просторечных и инвективных единиц), морфологическом (использование разговорных словообразовательных способов и разговорных частиц) и синтаксическом (употребление простых и оборванных предложений, а также парцеллированных конструкций). Частотность использования элементов разговорной речи неоднородна по двум синхронным срезам: передача особенностей произношения на письме характерна для первого синхронного среза, а использование просторечных и инвективных единиц – для второго среза.
3.	Отмечается влияние интернет-общения на язык медиатекстов для молодых людей. К наиболее активным единицам, заимствованным из интернет-общения, относятся эмотиконы (полисемиотические знаки, заменяющие вербальное выражение эмоций автора), ОРФО-арт (намеренное искажение орфографического облика лексических единиц) и компьютерные жаргонизмы. Выявленная динамика их употребления неоднородна: ОРФО-арт и компьютерные жаргонизмы становятся менее частотными по сравнению с эмотиконами. 
4.	К некодифицированным словам и выражениям, зафиксированным в молодежном журнале, относятся уже существующие (жаргонизмы) и потенциальные единицы (окказионализмы). Жаргонизмы выполняют номинативную (при отсутствии однословного эквивалента в языке), парольную (для обозначения принадлежности к своему кругу) и эмоционально-экспрессивную функции. Окказиональные слова, условно разделяемые на слова, созданные без нарушения структуры (потенциальные слова), и слова, образованные с нарушением структуры (окказионализмы), выполняют номинативную, фатическую и эмоционально-экспрессивную функции. За последние 14 лет в молодежных журналах произошло уменьшение количественных показателей употребления жаргонизмов и окказионализмов, а также изменение соотношения функций. 
5.	Варваризмы, зафиксированные в медиатекстах молодежного журнала, неоднородны по структуре и способу включения в текст: единицы с сохранением  графики оригинала, иногда сопровождающиеся русскоязычным эквивалентом; единицы в русской графике, иногда грамматически адаптированные. Наиболее частотны варваризмы английского происхождения, что объясняется возрастающей ролью английского языка в мире. Варваризмы выполняют номинативную, эмоционально-экспрессивную и фатическую функции. Варваризацию языка молодежного журнала подтверждает активное использование варваризмов, среднее количество которых возросло в 2–3 раза во втором синхронном срезе.
В представленных положениях обозначены общие тенденции изменений в языке молодежного журнала за последние 14 лет, которые обусловлены влиянием на данные медиатексты языковой политики, языковой моды и процессов глобализации лексики. Менее значительные изменения, произошедшие за рассматриваемый период, обусловлены возрастной группой, на которую рассчитано издание, а также редакционной политикой анализируемых журналов. 
Апробация работы. Результаты исследования обсуждались на аспирантском семинаре при кафедре языкознания Волгоградского государственного социально-педагогического университета (ВГСПУ), внутривузовских конференциях ВГСПУ (2005–2010 гг.), региональных конференциях молодых исследователей Волгоградской области                   (2006–2008 гг.); а также на всероссийских конференциях молодых исследователей «Филология и журналистика в начале XXI века» в г. Саратове (2007, 2008, 2009, 2011 гг.), на IV Международной научной конференции «Актуальные проблемы современного знания» в г. Пятигорске (2011), на XIX Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2012» в г. Москве (2012), на Международной научной конференции молодых ученых «Язык и репрезентация культурных кодов» в г. Самаре (2012). Содержание работы отражено в 13 публикациях общим объемом 3,93 п.л., из них 3 – в изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России. 
Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, библиографии, списка источников иллюстративного материала и приложения. 

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Первая глава «Молодежный журнал как объект междисциплинарного исследования», состоящая из двух параграфов, посвящена рассмотрению молодежного журнала с позиции журналистики и лингвистики. Анализируются основные характеристики молодежного журнала как типа СМИ с учетом его целевой аудитории, отражаемой им сферы действительности и функционального назначения. Выявляются черты молодежного журнала как гипертекста и динамика использования паралингвистических средств.
В  параграфе 1.1. «Молодежный журнал в системе современных российских СМИ» рассматриваются анализируемые издания с позиции журналистики. В отличие от газет, журналы, в том числе молодежные, характеризуются вневременной информацией, расширенным объемом материалов, наличием авторских комментариев.
К началу 1990-х была сформирована система молодежной прессы, в которой выделялись общественно-политические, литературно-художественные, научно-популярные, научно-художественные, производственные и другие журналы. Однако в постсоветской России вследствие глубоких социально-политических преобразований молодежные издания претерпели качественные изменения. Современные журналы для молодых людей охарактеризованы в настоящей работе, исходя из следующих параметров: характер аудитории, разнообразие тематики и  функциональная специфика.
К целевой аудитории молодежных журналов можно с известной долей условности отнести людей в возрасте 14–24 лет: нижняя граница обозначает период перехода подростка в старшие классы школы, начало профессионального образования, а верхняя – окончание высшего учебного заведения, начало профессиональной деятельности. С учетом неоднородности аудитории мы выделяем две группы молодежных журналов: подростковые, возраст читателей которых варьируется от 14  до 17 лет, и собственно молодежные издания, целевую аудиторию которых составляют молодые люди 18–24 лет. К журналам первой группы относятся «Молоток», «Bravo», «Cool Girl» (позже – «Лиза Girl»), вторую группу изданий составляют «Ровесник», «OOPS!», «Yes!». Четкое и правильное представление о целевой аудитории позволяет определиться с нужным содержанием и стилистической тональностью материала, что определяет формат того или иного издания.
С точки зрения представленной в молодежных журналах информации  можно выделить монотематические издания, материалы которых посвящены определенным областям знаний, и универсально тематические издания, в которых журналисты рассказывают о различных сферах деятельности молодых людей. Монотематическая молодежная пресса представлена изданиями о компьютерах («Хакер», «Игромания»), учебе в высших учебных заведениях («Политехник», «Студенческий город»), о музыке («Fuzz», «Все звезды»). К универсально тематическим относятся анализируемые в данной работе журналы «Cool», «Cool girl», «Молоток», «Yes!»; тематика статей в них разнообразна: новости в области музыки, киноиндустрии, интервью со знаменитыми людьми, представителями различных субкультур, статьи о межличностных отношениях. 
Подростковые и собственно молодежные журналы различаются по сфере отображаемой действительности. Большая часть материалов изданий первой группы затрагивает проблемы подростков в школе, с противоположным полом (первый опыт отношений), с друзьями и родителями. Большое внимание уделяется вопросам, связанным с досугом и времяпрепровождением, а также с вредными привычками. Тематика собственно молодежных изданий достаточно разнообразна: студенческая жизнь, первый опыт работы и пр. В журналах как первой, так и второй группы освещаются общие для них темы: новости в области кино, музыки,  обзор прошедших и предстоящих событий и новинок (книжного рынка, кино и т.п.), советы дизайнеров, стилистов, психологов. Таким образом, существуют темы, общие для всех молодежных журналов и характерные только для одной из выделенных нами групп. 
С точки зрения целевого назначения выделяется социализаторская функция как отличительная черта молодежных журналов, т. к. издания, ориентированные на подростков и молодых людей, способствуют их успешной самоидентификации и адаптации в обществе. Социализаторская функция проявляется в публикациях, затрагивающих выбор профессии, форму проведения досуга, нормы поведения и проч., – темы, важные для адаптации молодого человека в обществе. Например, в журнале «OOPS!» даются советы, как понравиться окружающим: «Многих неудач в жизни наверняка можно было избежать, если бы ты получше к себе относилась. Или ты уверена, что чем больше себя ругаешь, тем лучше становишься? Тогда ты просто обязана прочитать все, что написано дальше, и сделать для себя правильные выводы» (OOPS! 2002. №7). Обращение к читателю на «ты» в текстах, направленных на выполнение социализаторской функции, способствует сокращению коммуникативной дистанции между автором и адресатом. 
К универсальным функциям относятся коммуникативная (журнал обеспечивают общение молодых людей), познавательная (печатные издания информируют читателей), ценностно-ориентирующая (молодежные СМИ способствуют созданию и укреплению  ценностей). Выполнение этих функций молодежными изданиями, соблюдение необходимого баланса между ними – залог успешной социализации молодого читателя, его продуктивного диалога со СМИ в дальнейшем. 
Параграф 1.2. «Молодежный журнал как объект лингвистического исследования» посвящен рассмотрению основных характеристик молодежного журнала с позиций теории гипертекста и креолизованного текста.
Молодежный журнал определяется как гипертекст на основании того, что каждый выпуск любого издания характеризуется связностью – локальной и глобальной. Локальная связность проявляется на уровне абзацев одного материала или между материалами одной рубрики, одного раздела. Внутритекстовая связь не вызывает сомнений, поскольку правильно структурированная статья будет всегда характеризоваться локальной связностью. С нашей точки зрения, стоит проиллюстрировать положение о связности материалов внутри одной рубрики. Так, рубрики «Гороскоп» в журналах «Bravo», «Cool», «Cool Girl» и «Звездец» в журнале «Молоток» состоят из 12 текстов (по количеству знаков зодиака). Астрологический  прогноз для каждого знака зодиака представляет собой текст, внутри которого выделяются мини-рубрики: в журнале «Cool Girl» можно прочитать гороскоп «Для тебя» и «Для него», в «Bravo»  – либо «Life» и «Любовь», либо «Любовь», «Друзья», «Sex», «Позитив», «Fun», «Треш». 
Глобальная связность наблюдается между полосами журнала, разделами, а также отдельными номерами. Наиболее четко глобальная связность прослеживается в тех выпусках молодежных журналов, которые посвящены конкретной теме. Это может быть юбилейное издание. К примеру, в пятисотом номере журнала «Ровесник» ключевой стала тема 1962 г. (год выхода первого номера): читателю представилась возможность узнать, как выглядел первый выпуск журнала, познакомиться с итоговым британским TOP 5 синглов 1962 г., пройти мини-тест, связанный с событиями того же года. 
Помимо глобальной связности внутри одного номера на страницах молодежных изданий прослеживается межтекстовая связь с предыдущими и последующими номерами. Маркерами межтекстовой связи являются фразы: «Молоток раньше писал…», «Молоток тебя предупреждал…», «Bravo уже неоднократно тебе говорил…».
В медиатекстах молодежных журналов заметно увеличение невербального компонента, который вступает в различные отношения с вербальным – взаимодополнения и взаимозависимости. Степень корреляции вербального и невербального компонентов в рассматриваемых изданиях позволяет выделить автосемантические и синсемантические отношения. 
Автосемантические отношения характерны для текстов новостей шоу-бизнеса. Так, в журнале «Bravo» (2009. № 6) новостное сообщение «Джессика, не слушай их! Не позволяй этим идиотам довести себя до слез!»  –  поддерживает сильно располневшую сестру Эшли Симпсон-Вентц. Действительно, эти слова сейчас крайне необходимы Джессике, которая за последние четыре месяца набрала около 10 кг! Журналисты буквально завалили певицу всевозможными расспросами о причинах такого изменения фигуры, доводя девушку до стрессового состояния» сопровождается двумя фотографиями актрисы и певицы. На них видны изменения во внешнем виде Джессики Симпсон. Очевидно, что в данном случае вербальный компонент достаточно автономен от изобразительного: даже при отсутствии фотографии сообщение может быть интерпретировано верно.
Одной из сфер реализации синсемантических отношений является сравнительно новый жанр молодежной прессы – фотороманы. В них происходящие события, как правило, полностью не описываются, они зафиксированы на фотографиях. При этом стоит отметить, что иконический компонент практически всегда сопровождается тем или иным вербальным сообщением. Так, в журнале «Молоток» каждая серия фоторомана состоит из множества фотографий, последовательно сопровождаемых вербальным компонентом. Например, первую фотографию сопровождает текст: «Лю в это вечер решила пойти на дискотеку…», вторую – «Она зажигала на танцполе…», третью – «… как вдруг появился Макс…» и т.д. (Молоток. 2002. № 42). Очевидно, что вербального сообщения недостаточно для правильной интерпретации, в данном случае сопровождающий текст ориентирован на изображение или отсылает к нему. 
Очевидно, что в современных молодежных журналах преобладают креолизованные тексты. Изменения в формате изданий можно проследить на примере молодежного журнала «Ровесник», который выпускается с 1962 г. до настоящего времени. Проанализировав выпуски этого журнала за 1990–1991 гг. и 2011–2012 гг., мы пришли к следующим выводам. Во-первых, кардинальные изменения произошли в оформлении издания. В начале 1990-х гг. обложка журнала представляла собой цельное изображение, на котором указывались только год и номер выпуска. В настоящее время обложка более информативна: названия материалов, а также фотографии звезд, представленные в виде коллажа, дают представление о содержании выпуска. Причем стоит отметить, что в заголовках используются различные виды языковой игры, присутствует апелляция к прецедентным высказываниям с целью придать выпуску рекламную привлекательность: «THE JUDAS PRIEST: монологи на завалинке», «Шум и гам, угар и дым – выступает «Анкылым», «THE HORRORS: ужасы по-саутендски», «ЛИЛИ  КОЛЛИНЗ: Белоснежки идут строем», «НОЭЛ  ГАЛЛАХЕР: «И тогда моя маленькая крыша съехала набекрень» (Ровесник. 2012. № 3).
Кроме того, количественные изменения коснулись не только вербального компонента, но и иконического. Так, еще в 2003 – 2004 гг. на обложке каждого выпуска журнала был опубликован анонс номера с фотографиями: одной большой – из главного материала номера и одной-двумя – меньшего размера. Например, в одном из выпусков главная статья «“Кость в горле” по имени Эминем» (Ровесник. 2004. 12) была посвящена американскому певцу, поэтому в центральной части обложки располагалась его фотография. В данном случае мы имеем дело с автосемантическими отношениями между вербальным и невербальным компонентами, т. к. вербальное сообщение достаточно самостоятельно. 
Третье отличие взаимосвязано с предыдущим: 20 лет назад текст превалировал над иконическим элементом. Так, в седьмом выпуске журнала «Ровесник» за 1990 г. интервью с Кейтом Ричардсом занимает 3,5 страницы, и лишь 0,5 страницы приходится на фотографию в начале материала. В настоящее время интервью с известными людьми занимает, как правило, одну полосу, примерно половина которой отведена фотографиям. Причем непосредственно вербальный текст размещен на фоне большой фотографии.
Анализ функционирования изобразительного компонента в молодежных журналах доказывает правомерность использования термина креолизованный текст по отношению к публикациям в изданиях, рассчитанных на молодежную аудиторию. Динамика функционирования невербальных элементов на страницах молодежных журналов, проиллюстрированная в приложении к диссертации, говорит о том, что все большая часть информации передается с помощью изобразительного сообщения. 
В заключении первой главы дается обзор исследований, в которых затрагиваются проблемы языка и стиля молодежной прессы. Исследователи языка СМИ обращали внимание на такие стилистические черты молодежной прессы, как диалогизированность речи (Ю.С. Рынкович) и общее снижение речевой культуры, проявляющееся, например, в активном употреблении жаргонизмов (Е.И. Беглова, Т.Г. Добросклонская, Е.Ю. Скороходова). Однако большинство этих исследований посвящено более широким вопросам медиалингвистики, обращение в них к молодежной прессе фрагментарно. Кроме того, не учитывается динамика языковых изменений в текстах молодежных журналов.
Во второй главе «Динамика употребления единиц периферии общенационального языка», состоящей из четырех параграфов, анализируются качественные и количественные изменения в использовании единиц разговорной речи, интернет-коммуникации, а также некодифицированной лексики (жаргонизмов и окказионализмов) и варваризмов. Динамика языковых изменений в медиатекстах молодежных журналов прослеживалась по данным двух синхронных срезов (1999–2003 гг. и 2008–2012 гг.). Их выбор обусловлен тем, что в конце XX – начале XXI в. анализируемые журналы только начали издаваться (исключение составляет журнал «Ровесник»), в результате мы имеем возможность рассмотреть становление и современное состояние языка и стиля обновленных молодежных журналов.  
В  параграфе 2.1. «Научные подходы к определению понятий “норма”, “периферия” и “кодификация языка”» рассматриваются изменения в соотношении понятий языковой и стилистической норм, нормы и антинормы. Результатом стирания границ языковой и стилистической норм является активное использование единиц периферии общенационального языка. На периферии находятся единицы «специальные, стилистически сниженные, просторечные, жаргонные, обсценные» [Крысин, 2008, с. 58], ядро включает наиболее употребительные слова литературного языка. Таким образом, ядро составляют средства литературного языка, а единицы, выходящие за рамки литературного языка, создают периферийную зону национального языка, границы которой менее стабильны по сравнению с центром. 
В  параграфе 2.2. «Стилистические трансформации в языке молодежных журналов» выявляются тенденции употребления элементов разговорной речи и динамика функционирования средств сетевой коммуникации. 
Элементы разговорной речи в текстах молодежных журналов частотны и разнообразны. На письме отображаются современные тенденции функционирования языка в устной речи. Экспансия разговорной речи представлена на всех языковых уровнях. 
·	Фонетический уровень – письменная фиксация редукции гласных («Многие “пояски” сделаны из серебра и золота, да и ваще красота!»  (Молоток. 2003. № 38)) и упрощение группы согласных («Перечить в самолете инструктору – низзя»), выпадение части слов («Посоветуй че-нить» (Молоток. 2008. № 12)), намеренное увеличение гласных («За ручку ухватилась, и тут дверь каааак откроется») и согласных («Аня вдохнула поглубже. Так сейчас она соберется с духом и все-все ему объяснит. – Т-т-тебе надо в-в-выбрать одну, а в-вторая …» (ЛизаGirl. 2010.  Дек.)).
Результаты проведенного анализа по двум синхронным срезам свидетельствуют о некоторых изменениях в использовании средств фонетической стилизации. В изданиях первой группы, рассчитанных на подростков, среднее количество таких элементов в одном выпуске сократилось. В журналах «Bravo» и «Молоток» использование подобных единиц уменьшилось более чем в два раза. Следует отметить, что «Cool Girl» мы также относим к подростковой периодике, однако в связи со сменой не только названия, но и самого формата издания журнал «Лиза Girl» становится ближе к собственно молодежным СМИ, для которых характерна противоположная тенденция. В них наблюдается увеличение количества текстовых фрагментов, содержащих  имитацию разговорной речи на фонетическом уровне.
·	Лексический уровень –  использование просторечных и инвективных единиц. Журналисты, не соблюдая не только языковую норму, но и стилистическую, включают в свои материалы просторечную (кавардак, тяпнул, ляпнул) и инвективную лексику (чмо, отморозки), в настоящее время нетабуированную в такой степени, как это было в советский период. Использование просторечной лексики увеличилось в среднем в полтора раза в первой группе молодежных журналов, во второй группе изданий изменения менее заметны.
·	Морфологический уровень – преобладание бессуфиксальных слов и слов, созданных с помощью усечения (позитив, негатив, нормал, шоу-биз), а также частотное образование повелительного наклонения глагольных форм с помощью суффикса -ка (Пойду-ка, Нюхни-ка, Ответь-ка) и использование разговорных частиц (ну, прям, так), с помощью которых автор стилизует высказывание под живую неподготовленную речь: «Ну, у меня был молодой человек, и ему как раз медведь наступил прям всерьез так на ухо, но он абсолютно этого не стыдился» (Elle Girl. 2011. Апр.). В обоих срезах (1999–2003 гг. и 2008–2012 гг.) наблюдается динамика в сторону увеличения обозначенных выше способов словообразования. В формообразовании наиболее заметно стабильное употребление суффикса -ка в форме повелительного наклонения в каждом выпуске как подросткового, так и собственно молодежного журнала. 
·	Синтаксический уровень – употребление простых и оборванных предложений, парцелляции как естественного явления разговорной речи: …«Отрежь пальцы совсем. Не себе, конечно, а перчаткам» (Молоток. 2004. № 5). В пунктуации широко используется многоточие как выражение незавершенности высказывания: «Разогналась, прыгнула … И башкой вписалась в стенку» (Молоток. 2005. № 11). Проследить динамику на синтаксическом уровне достаточно сложно, т. к. использование тех или иных предложений в большей степени зависит от коммуникативного намерения автора и перлокутивного эффекта, к которому  он стремится. 
Представленные результаты позволяют говорить об экспансии разговорной речи в медиатекстах, ориентированных как на подростков, так и на молодых людей.
На речевую практику молодежных журналов оказывает влияние не только разговорная речь, но и интернет-общение. К элементам, заимствованным из глобальной сети и зафиксированным на страницах молодежных журналов, относятся эмотиконы, ОРФО-арт, единицы компьютерного жаргона. Эмотиконы представляют собой сложные знаки – комбинацию букв (D, P – в таких смайликах, как :-D, :-P), цифр (8-),  :-1, :-0), знаков препинания (;-), :-(, :-!) и других разнообразных символов, находящихся на клавиатуре компьютера. Несмотря на существование в интернет-пространстве большого количества эмотиконов, передающих на письме различные эмоции (от «радости» до «ужаса»), в анализируемых текстах молодежных журналов было обнаружено только два их типа –  выражающие радость и грусть: «Еще девочка пела, воспитанница детдома, наверное, даже лучше, чем Сергей с ВладикомJ»  (Молоток. 2004. № 10) и «Мне почти восемнадцать, а значит, скоро придется искать работу, но в таком виде меня никуда не возьмут (((» (Bravo. 2010. № 10).
Проанализировав молодежные издания за последние 14 лет, мы можем утверждать, что заимствование эмотиконов – относительно недавнее и активно развивающееся графическое явление в изданиях, рассчитанных на молодых людей. Так, в изданиях 1999–2003 гг. выявлено в среднем 2 «радостных смайла» в одном номере издания, при этом эмотиконов, выражающих грусть, выявлено не было. В изданиях 2008–2012 гг. эмотиконы встречаются чаще: в каждом номере журналов первой группы в среднем используется 12–15 «улыбающихся смайлов» и  1–2 «грустных смайла»,  в текстах журналов второй группы зафиксировано 5–7  «радостных смайлов» и практически не встречаются «грустные» эмотиконы.
Под ОРФО-артом понимаем намеренное искажение орфографического облика лексических единиц, проявляющееся:
а) в написании -(ц)ца  в глаголах: «Разве они могут взять и в один прекрасный день (в этот день, кстати, МОЛОТУ исполница четыре года) обрушиться на головы тех, кто об этом мечтал?» (Молоток. 2003. № 45);
б) в озвончении  глухих согласных в абсолютном конце слова: «Современная церковь. – Отец, я согрешил. – Красавчег» (Молоток. 2008. № 8);
в) в оглушении звонких согласных в абсолютном конце слова: «И действительно, «Пятниццо. Антология фольклора hунета» – первая книга, в которой собраны наиболее яркие примеры онлайнового юмора: самые значимые интернет-шутки и интернет-персонажи (креведко, медвед, и ктулху), прикольные картинки, видеоролики и в целом идеи, которые передавались по ссылкам и назывались «креатифф» (Молоток. 2008. № 10);
г) в замене буквы а в абсолютном конце слова в окончаниях существительных: «Поправишь здоровье – звони, брюнетко» (Bravo. 2010. № 15).
Наибольшее количество примеров ОРФО-арта встречается в молодежных журналах первого синхронного среза – в среднем до 7 единиц на выпуск, в 2008–2012 гг. это число сократилось до 3, что объясняется изменением языковой моды на номинации подобного рода.  
Еще одним следствием компьютеризации и информатизации общества начала XXI в. можно считать выход компьютерной лексики за пределы ее специального употребления. При этом закономерно заимствование в общенародное употребление лексических единиц, актуальных не только для программистов, но и для обыденных пользователей. К таким жаргонным наименованиям относятся те, которые выполняют номинативную функцию: глюк, глючить, тормозить, зависать, оф(ф)лайн, онлайн. С течением времени оттенок новизны у них стирается, поскольку за ними закрепляется определенный денотат: коннектиться – ‘связываться, соединяться с кем-либо’, спам – ‘навязчивая реклама в Интернете’. Последняя лексема вышла далеко за пределы сетевой коммуникации и реализуется в речи не самых активных пользователей сети Интернет.
Следует отметить, что компьютерные жаргонизмы употребляются преимущественно в тех рубриках молодежных журналов, в которых речь идет о компьютерах, Интернете или при общении в Сети. Таким образом, можно утверждать, что эти единицы, несмотря на выход за пределы сетевого общения, продолжают обслуживать «компьютерную» сферу.
Тенденция к сокращению количества языковых единиц, заимствованных из сетевого общения, характерна и для компьютерных жаргонизмов. В среднем в каждом номере подросткового журнала из первого синхронного среза употреблялось 13–14 единиц, а в собственно молодежных изданиях – до 6 единиц. В 2008–2012 гг. число компьютерных жаргонных номинаций снизилось до 7 в одном номере подросткового журнала и до 3 во второй группе изданий. 
В параграфе 2.3. «Тенденции употребления некодифицированной лексики» освещается динамика употребления уже существующих некодифицированных (жаргонизмов и арготизмов) и потенциальных (окказионализмов) единиц. 
В русской и зарубежной лингвистике нет единой дефиниции термина «жаргон», поэтому закономерны колебания в отнесении к жаргону того или иного слова. Существует несколько точек зрения на проблему дифференциации некодифицированных языковых явлений (М.А. Грачев, Е.Г. Борисова-Лукашанец В.С. Елистратов, I.L. Allen, D. Crystal, P. Kerswill, Е. Mattiello). 
Вслед за Е.И. Бегловой под арго мы понимаем «разновидность жаргона, язык представителей преступного мира, особенности которого проявляются на лексико-фразеологическом уровне и в конспиративной функции (полной или частичной)» [Беглова, 2007, с. 26]. Разграничение понятий жаргон и сленг проводится по возрастному признаку. В отличие от жаргонизмов, сленгизмы свойственны  речи молодежи (12–35 лет) и зачастую образованы от иноязычных элементов или заимствованных слов, а также путем метафорического переосмысления литературных слов. Поскольку отношение к терминам жаргон и сленг в современной лингвистике неоднозначно, мы, вслед за многими российскими учеными, не дифференцируем данные понятия и классифицируем некодифицированные слова молодежной прессы не столько по возрастному, сколько по функциональному признаку. В настоящем исследовании при анализе некодифированных единиц языка мы разграничиваем два понимания жаргона: специальный жаргон (пласт лексики, свойственной речи людей, объединенных в группы по различным признакам – увлечениям, роду занятий, пристрастиям и т.д.) и общий жаргон  (пласт некодифицированной лексики, характерной для речи не какой-либо отдельной социальной группы, а широкого круга лиц).
Арготизмы употребляются в молодежных изданиях только для речевой характеристики героев публикаций и правдоподобного описания действительности, поэтому они не так частотны. Например, в журнале «Молоток» (2004. № 9) в интервью с бывшим представителем такого движения, как скинхеды, отмечено употребление следующих арготизмов: абрек – ‘уроженец Кавказа’ («Ну я и вынес какого-то абрека…»), повязать – ‘задержать, арестовать кого-то’ («Да потому, что там менты кого-то повязали, вот все и запалилось»), принять – ‘передать кому-либо что-либо’ («Нет, просто по времени совпало – у них там двоих менты приняли, потом стали дергать на допросы, про старые дела стали вспоминать»).
По нашим наблюдениям, средства массовой коммуникации, редакционная политика которых предполагает использование жаргонизмов, делятся на две основные группы. Первую составляют издания («Молоток», «Bravo», «Лиза Girl»), в которых использование жаргонной лексики является коммуникативным  средством. В этих изданиях жаргонное выражение очень часто является доминирующим наименованием, находится в смысловом центре фразы, и это создает впечатление его «веса», значимости: «С преподом этот фикус не прокатит – жертву надо выбирать среди одноклассников, желательно девушек» (Молоток. 2005. № 15); «Прикольный трюк, изящный полет! Не парься, ты жива? Я – Иван» (Лиза Girl. 2012. Нояб.). 
Издания «OOPS!», «Yes!», «Ровесник», в которых жаргон используется в качестве экспрессивного средства, мы отнесли ко второй группе молодежной периодики. Журналисты используют некодифицированные единицы в качестве единичного выразительного приема, поэтому общая стилистика таких публикаций остается стилистически нейтральной. В изданиях этого типа употребляются жаргонизмы, которые близки к просторечию и не имеют оттенка новизны. Приведем характерные примеры. «А тем временем мы вернулись в магаз и набрали еще море всяких гастрономических “приколов” и мороженого» (OOPS! 2003. № 8), «Это было невероятно круто – написать в той же книге отзывов, что и он» (Ровесник. 2012. Апр.). 
Во втором синхронном срезе наблюдается сокращение употребления жаргонизмов в изданиях как первой группы, так и второй. Данное обстоятельство, на наш взгляд, отражает влияние корпусной языковой политики в России, направленной в последние годы на защиту и поддержку русского языка и нашедшей свое отражение в Федеральном законе РФ «О государственном языке Российской Федерации» в 2005 г. Так, согласно п. 6 ст. 1 данного закона, «при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использование слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка» [Закон о государственном языке…, 2005: www]. Данные положения последней редакции закона, а также ряд мероприятий, направленных на сохранение чистоты языка, нашли отражение в редакционной политике молодежных изданий.
В современных молодежных печатных СМИ публикуются переводные тексты (как правило, авторы статей переводят высказывания известных людей, звезд эстрады, кино). Для сохранения общей стилистики изданий журналисты используют некодифицированный пласт лексики и в переводных текстах. Проведенное сопоставление текстов исходного и принимающего языка показало, что  журналисты в молодежных печатных изданиях прибегают к различным способам перевода анализируемого пласта лексики. Один из способов – передача некодифицированных слов исходного языка с помощью некодифицированных единиц принимающего языка. Так, предложение «They came in around 10:30 p.m. and left at midnight,» says a witness in the beachside club where the bash was held» [Life&Style. 2009: www] переведено следующим образом:  «Они пришли на вечерину около 10.30 вечера и ушли ближе к полуночи», – рассказал нашему журналу очевидец, который был в клубе, где проводилась вечерина» (Молоток. 2009. № 21). Bash определяется в словаре Dictionary of Modern Slang как ‘a good time, a spree, a party’ (см.: [Ayto. 2005. P. 12]); в Большом словаре молодежного сленга вечерина трактуется как ‘вечеринка, веселая тусовка’ [Левикова, 2003, с. 61]. В данном случае переводчики стремятся сохранить сниженный характер единицы в тексте исходного языка. 
Второй способ, который достаточно распространен в молодежных СМИ, –  это игнорирование сниженного регистра некодифицированных единиц исходного языка. Например, предложение, содержащее некодифицированные единицы, переводится без употребления жаргонных выражений:  «[It’s an] anthem for straight girls who like to turn guys on by making out or faking gay» [FadedYouthBlog. 02.06.2009: www]. В данном предложении слово straight является жаргонизмом и обозначает ‘heterosexual’ (см.: [Ayto. 2005. P. 267]). В предложении из журнала «Bravo» (2009. № 25) жаргонизма нет:  «Это гимн девок, которые, чтобы помучить своего недалекого парня, делают вид, что они лесбиянки».  
Также были зафиксированы случаи использования в тексте принимающего языка единиц сниженного регистра, хотя в тексте оригинала они отсутствовали. Так, текстовый фрагмент «It is extremely difficult but we are together. We can’t arrive at the same time because of the fans. It goes crazy» (TheHollywoodGossip, 23.02.2010) переведен следующим образом «Нам тяжело, но мы вместе. Нам приходится приезжать на разные мероприятия по отдельности, иначе фаны устраивают сумасшедший дом» (Bravo. 2010. № 10). Журналисты в молодежных печатных изданиях сознательно используют лексические единицы сниженного регистра, чтобы сохранять общую стилистику статьи.
Наблюдаются также функциональные сдвиги в использовании жаргонизмов в первом и во втором синхронном срезах. К основным прагматическим функциям жаргонизмов, употребляемых в текстах молодежного журнала, мы относим номинативную, парольную и эмоционально-экспрессивную.
Если в литературном языке нет лаконичного наименования для объекта или явления действительности, то данную функцию, определяемую нами как номинативную, выполняет жаргонизм: «Все тома советской энциклопедии всего и вся у меня есть – это уже полкурсача» (Yes! 2007. № 21) и «Шпаргалки бывают двух видов – собственно шпора и бомба» (Молоток. 2000. № 12). Понятию курсач в литературном языке соответствует ‘курсовая работа’ [Левикова, 2003, c. 235], а бомбу можно определить как ‘шпаргалку на большом листе бумаги с полным ответом на вопрос’ [Никитина, 2003, c. 48].
 Второй по значимости функцией жаргонизмов в молодежной прессе является парольная (сигнальная), или идентификационная. Как признает Э.М. Береговская (1996), молодежный сленг служит своего рода паролем всех членов референтной группы. Таким образом, журналист, употребляя жаргонизмы, сигнализирует о принадлежности к молодежному коллективу: «Эй! У тебя лейбак торчит! Неприлично, подумают, еще, что ты понтуешься своим Кельвином Клейном!» (Yes!. 2003. Июль). Лейбак – ‘фирменный знак на одежде, нашивка’; понтоваться – ‘хвалиться, бахвалиться, хвастаться’ [Левикова, 2003, c. 242, 357].
Используя жаргонизмы, журналисты нередко апеллируют к чувствам и эмоциям аудитории. В этом случае уместно говорить об эмоционально-экспрессивной функции жаргонизмов, которая обусловливает наличие эмоционально-оценочных средств выражения: «Хотелось бы побольше безбашенных статей в вашем рулезном журнале в этом году» (Bravo. 2004. № 8) (безбашенный – ‘сумасшедший’ [Левикова, 2003, c. 32]. Рулезный – ‘замечательный, отличный’ [Там же, с. 404]; «Хотя не могу сказать, что мне нравятся мажорные тусовки» (Молоток. 2008. № 10). Мажорный – модный, привлекательный [Максимов, 2002, c. 234]. 
Использование жаргонных оценочных прилагательных позволяет автору публикации выразить свое отношение к затронутой в статье теме. Например: «Вечерина получилась нереальная. В субботу, когда предки свалили в гости, мы с Ксюхой рассыпали листья по всей квартире, укрыв пол разноцветным ковром и наполнив дом офигенным запахом осеннего леса» (Молоток. 2001. № 45). Жаргонная лексика отличается эмоциональной насыщенностью и хорошо приспособлена для выражения различных чувств автора текста.
За последние 14 лет изменилось и соотношение функций, выполняемых этими некодифицированными единицами. Так, в молодежной прессе 1999–2003 гг. доминировала парольная функция (в 53% контекстов, содержащих жаргонизмы). В молодежных печатных изданиях 2008–2012 гг. жаргонизмы в парольной и номинативной функциях используются почти в равной степени (45 и 42% соответственно). При этом частота употребления жаргонизмов с целью эмоционального воздействия на читателя осталась практически на прежнем уровне: в 1999–2003 гг. она составляла 16 % от общего объема, в 2008–2012 гг. – 14%.
Несмотря на то, что случаи окказионального словообразования становятся менее заметными, они продолжают встречаться в молодежных изданиях. С точки зрения особенностей словообразования зафиксированные единицы можно разделить на окказионализмы, имеющие нетиповую структуру (в терминологии Н.А. Самыличевой), и  потенциальные новообразования, характеризующиеся стандартной словообразовательной структурой.
Окказиональные слова стандартной структуры «произведены, но еще не закреплены традицией употребления или могут быть произведены по образцу слов высокопродуктивных словообразовательных типов» [Земская, 2009, c. 228]. Примером такой структуры  можно считать окказионализм безынтернетный: «Вышивка – это не скучное занятие, которое практиковали в “безынтернетные” времена» (Elle Girl. 2011. Апр.).  Прилагательное безынтернетный образовано от существительного Интернет с помощью префикса без- и суффикса -н- и обозначает его отсутствие.
Примером окказионализма нестандартной структуры может служить окказионализм жабота, в котором суффикс -от(а) является формантом имен существительных, обозначающих признаки, отвлеченные от предмета (пустота, чистота). Данный суффикс сочетается лишь с непроизводными основами имен прилагательных, однако окказионализм жабота образован от имени существительного жаба: «Превратишься либо в мерзкую жаботу, либо в памятник Геркулесу» (Молоток. 2001. № 47). 
По нашим данным, большая часть новообразований (около 70%) в молодежных журналах за 1999–2012 гг. относится к окказиональным словам со стандартной структурой. К наиболее частотным способам относятся префиксально-суффиксальный у глаголов (Смит (фамилия) – о-смит-ел-и, попса – о-попс-ел) и суффиксальный у существительных и прилагательных (центряк – центр-як, бякость –  бяк-ость, жевабельный – жев-а-бельн-ый, (не)дарибельный – (не)дар-и-бельн-ый). Также были зафиксированы чересступенчатые образования (например, причастие приблюзованный, которое должно быть образовано от несуществующего в языке глагола *приблюзовать).
Новообразования выполняют определенные функции: экспрессивную, номинативную, фатическую. Одним из признаков окказиональных единиц является экспрессивность, которая «носит ингерентный характер в силу особенностей своего внутреннего словообразовательного строения» [Лыков, 1976, c. 23].  Степень экспрессивности тем больше, чем менее стандартна словообразовательная структура данного элемента. Так, окказионализм табложор («Но откуда бедным дурачкам табложорам знать это?» (Молоток. 2003. № 22) образован со стилистическим нарушением, и в нем самом уже заложена негативная оценка.
Помимо экспрессивной функции новообразования на страницах молодежных журналов выполняют номинативную функцию. В этом случае создаются однословные номинации при отсутствии таковых в литературном языке: «Имя победителя Молоток объявит в конце месяца, и тут же – новый конкурс для новых мобиломанов» (Молоток. 2002. № 36); «После напои отправленца водой из-под сваренного риса и угости таблетками активированного угля» (Молоток. 2008. № 11). В большинстве подобных случаев номинативная функция совмещается с экспрессивной и усиливает ее. 
Можно также выделить фатическую функцию новообразований. Фатическая речь в СМИ имеет свои особенности. Она способствует  «вступлению в контакт с читателем, налаживанию и укреплению связи с аудиторией, проявляется в особом эмоциональном тонировании текста, формирующем дружеское субъект-субъектное общение в своеобразных жанрах – этикетных и преобразованных информационных» [Корнилова, 2012: www]. Например, в текстах, посвященных выбору досуга: «Нам больше нравится взять велосипед с собой в машину или электричку, и уже там добравшись до города, покататься по центряку, по пляжам всяким и красивым местам» (Bravo. 2009. № 29), или в текстах, содержащих отчеты о поездках известных людей, например, в  школы, интернаты или детские дома: «Наверное, не верила своему счастью, стеснюлька» (Bravo. 2010. № 10). 
Кардинальные изменения коснулись именно тех окказионализмов, которые выполняют фатическую функцию. Так, если в изданиях 1999–2003 гг. 51% новообразований использовался именно для установления контакта с аудиторией, то в последние годы этот показатель составляет 21%.
Параграф 2.4. «Варваризация языка молодежного журнала» посвящен рассмотрению неосвоенных литературным языком варваризмов. Одной из языковых тенденций, отраженных в современных медиатекстах, является заметное влияние англо-американских средств массовой информации на российские. Воздействие проявляется в отношении как формата и содержания массмедиа, так и уровня языка [Добросклонская, 2005, c. 45].
Количественный анализ варваризмов в текстах молодежного журнала показал, что за последние 14 лет иноязычные заимствования стали более частотны. В первом синхронном срезе было зафиксировано 54 варваризма, во втором – 262 единицы иноязычной лексики. Так, в журналах 1999–2003 гг. в каждом выпуске использовалось не более шести варваризмов, в настоящее время данная лексика встречается практически в 2 – 3 раза чаще.
Анализ материала показал неоднородность варваризмов по ряду параметров – структуре, функциональной нагрузке и по языку-источнику. 
В результате классификации собранного материала были выделены 2 разряда иноязычных вкраплений, в основу дифференциации положен структурный аспект анализа варваризмов.
В первую группу входят единицы с сохранением  графики оригинала: «Эти парни очень известны в мире street-fashion, но таких грандиозных клипов еще не снимали» (Молоток. 2008. № 17). Иногда подобные варваризмы сопровождаются русским эквивалентом: . «На вышедшем через год после нашумевшего 11 сентября диске “Evil Heart” песня “Разбомби Пентагон” появилась уже под вегетарианским названием “Rise” (“Восстань”)» (Bravo. 2004. № 11). Вторую группу составляют единицы с использованием русской графики («Димасик мечтает о фан-пати Надежды Бабкиной» (Bravo. 2009. № 50), иногда грамматически адаптированные («Счастливой женой “боя” стала молодая актриса Лиэнн Уоллес» (Cool. 2000. № 21). 
Наиболее частотны варваризмы английского происхождения, встречаются единичные варваризмы, заимствованные из немецкого, французского и латинского языков. Варваризацию языка молодежного журнала подтверждает активное использование варваризмов, среднее количество которых возросло в 2–3 раза во втором синхронном срезе по сравнению с 1999 – 2003 гг., это обстоятельство объясняется, с одной стороны, общеязыковыми тенденциями глобализации лексики, с другой стороны, стремлением молодых людей к обособлению и выработке своего подъязыка общения.
Варваризмы неоднородны и по функциональной нагрузке. В текстах молодежных журналов иноязычные вкрапления могут выполнять номинативную, эмоционально-экспрессивную и фатическую функции. Однако стоит  признать, что деление по функциям достаточно условное, т. к. в СМИ, предназначенных для молодых людей, практически любое внелитературное средство экспрессивно окрашено. С другой стороны, номинативная и фатическая функции могут превалировать над экспрессивной. Рассмотрим данные функции в порядке убывания.
Варваризмы в фатической функции наиболее широко представлены в медиатекстах, ориентированных на молодых людей: «Розовое платье Ники напоминает ее любимый клубничный шейк» (Bravo. 2012. № 14).
Если в литературном языке нет однословного эквивалента варваризму, то данное иноязычное вкрапление будет выполнять номинативную функцию: «Режиссером стал лучший клипмейкер Эстонии Хиндрек Маасик, известный по ролику “Рига – Москва” Валерии» (Cool. 2000. № 20).
К варваризмам, выполняющим экспрессивную функцию, можно отнести такие единицы, с помощью которых журналист выражает свое эмоциональное отношение к описываемому, например: «Тут постоянно веселятся, я даже удивляюсь, откуда здесь столько богатых людей и где они прячутся днем – по крайней мере, днем на улицах я видел только чиповых старушек» (Молоток. 2008. № 10). Употребляя лексическую единицу чиповых, журналист противопоставляет «старушек» «богатым людям». 
Анализ функциональной динамики показал превалирование варваризмов, выполняющих фатическую функцию, в журналах второго синхронного среза. Фатическая функция господствует в изданиях как первой, так и второй группы, однако соотношение несколько колеблется в зависимости от типа СМИ. Если в подростковых журналах варваризмы, выполняющие фатическую функцию, употребляются в 68% случаев, то в собственно молодежных этот показатель немного ниже – 58%.  В изданиях первого синхронного среза также преобладала фатическая функция: 55% в медиатекстах первой группы и 45% – второй группы. Таким образом, в большинстве случаев варваризмы употребляются журналистами для установления контакта с адресатом. 
В целом проведенный анализ показал невозможность однозначного утверждения о том, что нарушение языковых и стилистических норм более частотно в последние годы. Частотность и функциональная активность языковых единиц, находящихся на периферии общенационального языка, под воздействием экстралингвистических факторов постоянно меняется. Количественные данные, демонстрирующие рассмотренные динамические процессы в языке молодежного журнала, последовательно отражены в 7 таблицах в тексте диссертации.
В заключении диссертации подводятся основные итоги работы и намечаются перспективы, которые видятся в более детальном исследовании особенностей перевода в медиатекстах для молодежи, в сопоставительном анализе молодежной прессы на материале неблизкородственных языков, а также в подтверждении полученных результатов на более обширном текстовом материале, выходящем за пределы молодежного журнала.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях автора:
Статьи в рецензируемых изданиях, рекомендованных
ВАК Минобрнауки России
1.	Матюшенко, Е.Е. Динамика функционирования средств сетевой коммуникации в молодежных журналах / Е.Е. Матюшенко // Медиаскоп. — 2012. — № 1. — URL: http://www.mediascope.ru/node/1020 (0,3 п.л.).
2.	Матюшенко, Е.Е. Тенденции функционирования окказиональных слов в молодежных журналах / Е.Е. Матюшенко // Изв. Волгогр. гос. пед. ун-та. Сер. «Филологические науки». — 2012. — № 11. С. 112—115 (0,4 п.л.).
3.	Матюшенко, Е.Е. Варваризация языка молодежного журнала/ Е.Е. Матюшенко// Вестн. Челяб. гос. ун-та. «Филология. Искусствоведение». — 2013. — № 1. — С. 102—106 (0,4 п.л.).

Статьи в научных журналах, сборниках научных трудов 
и материалов научных конференций
4.	Матюшенко, Е.Е. Функции жаргонизмов в текстах российской молодежной прессы / Е. Е. Матюшенко// Информационное поле современной России: практики и эффекты: материалы III Междунар. науч.-практ. конф. (19—20 окт. 2006 г.). — Казань: Казан. гос. ун-т им. Ульянова-Ленина, 2006. — С. 334—340 (0,3 п.л.).
5.	Матюшенко, Е.Е. Современные тенденции функционирования жаргонизмов в текстах российской молодежной прессы / Е.Е. Матюшенко // Филологические этюды: сб. науч. ст. молодых ученых: в 3 ч. — Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2008. — Вып. 11, ч. I—II. — С. 275—278 (0,25 п.л.).
6.	Матюшенко, Е.Е. Функциональный потенциал студенческих жаргонизмов / Е.Е. Матюшенко // XII региональная конференция молодых исследователей Волгоградской области. Напр. 13 «Филология». Волгоград, 13—16 нояб. 2007 г.: сб. науч. материалов. — Волгоград: Изд-во ВГПУ «Перемена», 2008. — С. 164—168 (0,25 п.л.).
7.	Матюшенко, Е.Е. Функции жаргонизмов в современной молодежной прессе: диахронический аспект/ Е.Е. Матюшенко // Изв. Волгогр. гос. техн. ун-та: межвуз. сб. науч. ст. — Волгоград, 2008. — № 7(45). – С. 99—103 (0,3 п.л.). (Сер. «Проблемы социально-гуманитарного знания». Вып. 5).
8.	Матюшенко, Е.Е. Функционирование жаргонизмов в современной молодежной российской и американской прессе / Е.Е. Матюшенко // Филологические этюды: сб. ст. молодых ученых: в 3 ч. — Саратов: Изд. центр «Наука», 2010. — Вып. 13, ч. I—III. — С. 494—500 (0,4 п.л.).
9.	Матюшенко, Е.Е. Способы перевода жаргонизмов (на материале молодежной прессы) / Е.Е. Матюшенко // Экология русского языка: материалы 1-й Междунар. науч. конф. — Пенза: Изд-во Пенз. гос. пед. ун-та им. В.Г. Белинского, 2010. — С. 88—92 (0,25 п.л.).
10. Матюшенко, Е.Е. Экспансия разговорного стиля в медиатекстах (на материале молодежных журналов) / Е.Е. Матюшенко // Актуальные проблемы современного научного знания: материалы IV Междунар. науч. конф. / под общ.ред. Н.А. Стадульской. — Пятигорск: ПГЛУ-издат, 2011. — С. 130—137 (0,5 п.л.).
11. Матюшенко, Е.Е. Функционирование языка подонков в современных молодежных журналах / Е.Е. Матюшенко // Филологические этюды: сб. ст. молодых ученых. — Вып. 15: в 2 кн. — Саратов, 2012. — Кн. 2. — С. 301—304 (0, 25 п.л.).
12. Матюшенко, Е.Е. Новообразования на страницах молодежных журналов: формирование и функционирование / Е.Е. Матюшенко // Материалы Международного молодежного научного форума «ЛОМОНОСОВ-2012» / отв. ред. А.И. Андреев, А.В. Андриянов, Е.А. Антипов [и др.] [Электронный ресурс]. — М. : МАКС Пресс, 2012. — 1 электрон. опт. диск (DVD-ROM) (12 см). — Систем. требования: ПК с процессором 486+; Windows 95; дисковод DVD-ROM; Adobe Acrobat Reader (0,13 п.л.).
13. Матюшенко, Е.Е. Окказионализмы в современной молодежной прессе / Е.Е. Матюшенко// Язык и репрезентация культурных кодов: материалы Междунар. науч. конф. Самара, 11—12 мая 2012 г. — Самара: Изд-во «Самарский университет», 2012. — С. 151—154 (0,2 п.л.).

МАТЮШЕНКО Екатерина Евгеньевна
ДИНАМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ 
В ЯЗЫКЕ МОЛОДЕЖНОГО ЖУРНАЛА

Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических наук

Подписано к печати 17.04.13. Формат 60´84/16. Бум. офс. 
Гарнитура Times. Усл. печ. л. 1,4. Уч.-изд. л. 1,5. Тираж 110 экз. Заказ         .

Издательство ВГСПУ «Перемена»
Типография издательства ВГСПУ «Перемена»
400066, Волгоград, пр. им. Ленина, 27